Швейцарская деревня для бездомных в Калужской области.

Инженер Йорг Дусс родом из Швейцарии, но живёт в России уже больше двадцати лет. В конце 1990-х отправился налаживать деревообрабатывающие станки на фабрике в городе Таруса Калужской области. Приехал на несколько месяцев, а остался навсегда.

В 1990-е годы, перед дефолтом, в тарусском общежитии, где разместили швейцарского инженера, как он сейчас вспоминает, на завтрак была картошка, кусок чёрного хлеба и чай. На обед и ужин — то же самое.

Почему он решил остаться? Говорит, что главное, не как живёшь, а с кем. Каковы отношения между людьми. А особенность отношений между простыми людьми в России Дусс почувствовал сразу. Испытал восхитительное чувство радости, когда смог помогать людям.

С самого начала основанный Йоргом Дуссом благотворительный фонд занимался в Калужской области ремонтными работами. Ремонтировал квартиры и дома стариков, многодетных семей. Штукатурка, покраска, обои — на любой вкус. При этом слово «евроремонт» европеец Дусс на дух не переносит.

Затем он создал в Тарусском районе экопоселение. Здесь же, по месту жительства, ему удалось создать агропромышленное предприятие, стиль работы которого напоминает деятельность немногочисленных зарубежных западных колхозов и коммун, а также дореволюционных русских общин.

В деревне есть мясной цех, сыроварня, теплицы, где выращивают 45 видов овощей и ягод, включая дыни и арбузы, конюшня, кузница, кухни для заготовок на зиму, погреб-ледник и даже музей. Из живности — коровы, свиньи, кролики.

На въезде в деревню развеваются три флага: российский, швейцарский и чувашский. Жена Йорга Наташа родом из Чувашии.

В деревне проживают 25 человек. По большей части бывшие бездомные и люди, попавшие в трудную жизненную ситуацию. Каждому Дусс предоставляет жилье и работу. Все дома теплые, с горячей и холодной водой, пусть печным, но грамотно продуманным, отоплением.

Что интересно, при расселении учитываются психологические характеристики жильцов. Когда-то бродяга, а ныне суперсварщик Толик живет один и в отдалении: за 20 лет скитаний привык к уединению. А люди, выросшие в интернатах и детдомах, селятся вместе: им так привычней и веселей.

К Йоргу попадают разные люди: например, недавно к нему попала девушка, которая после детского дома оказалась в психо-неврологическом интернате. Жильцов с ментальными проблемами можно брать только на время, и Йорг, заключивший договор с интернатом, берет: дает работу по силам и вводит в жизнь.

Бывают здесь и те, кто просто приезжает на сезон, как в летний лагерь.

Здесь готовы к тому, что от нового человека могут быть сюрпризы, что он окажется странным, что у него могут быть обострения, что он может уходить в запой. Главная особенность хозяйства Йорга в том, что они не будут от этого шарахаться.

У Йорга за плечами много благотворительных инициатив. Он обеспечивает всех бабушек тарусского района дровами на зиму. И помочь людям, попавшим в беду, тоже готов.

Его фонд построил клуб пенсионеров, помогает многодетным и нуждающимся. В Тарусе работает бесплатный магазин секонд-хенда от фонда, в больнице есть социальное койкоместо для бездомных; а во время самоизоляции, когда многие лишились работы, нуждающимся развозили продуктовые наборы.

Дважды в месяц Йорг посылает на родину фото-и письменные отчеты о том, куда пошли деньги, собранные в Швейцарии. «Благотворительность — это большая ответственность. Чтобы люди в следующий раз сдали деньги, они должны видеть, куда ушли прошлые», — так он говорит.

— Если бы вы жили в Швейцарии, все было бы совершенно иначе, кем бы работали?

— Был бы, скорее всего, хозяином столярного производства. Я же закончил университет, которых в мире всего два: в Германии и Швейцарии. У меня три образования, столярное дело я знаю от «а» до «я»: вначале учился работать с деревом, потом конструировать, как инженер, а в финале как владелец компании: бухгалтерия, права, экономика. Вступительные экзамены сдавали 118 человек, дипломы получили пятеро, один из них я...

Два года назад у нас была встреча выпускников, двадцать лет мы не виделись, поэтому решили общаться два дня. И там я понял, что правильно поступил, уехав в Россию. Честно говорю! Четверо моих друзей уже нуждаются в психотических приемах, у многих скрытый алкоголизм. Их трясет от работы! А я им рассказывал как живу: показывал свою деревню, детей, социальных людей, чем мы тут занимаемся.

— Как они реагировали?

— Вы знаете, я заметил, что не черный, но какой-то зависть был... Потому что вот смотрите: что украшает жизнь человека? Эмоции и впечатления. У вас хорошая профессия, в ней много впечатлений. А если бы вы работали клерком, сидели в каком-то кабинете. У вас в ежедневнике записаны дела на полгода вперед, но не бывает спонтанных праздников. Через пять лет вам не о чем было бы вспомнить. .У меня так же. Я могу книги писать: ни один день не похож на другой. И столько людей вокруг, столько историй.

Конечно, в России есть вещи, которые меня бесят. Вчера я одной женщине пакеты носил, спрашивал, чем еще можно помочь. Она говорит: «Помогите с дровами, не знаю, как топить, зима уже скоро». Говорю: «Конечно». А потом идем во вторую комнату, а там мужик лежит. Время — полдень. А он лежит и смотрит телевизор. Не пьяный, трезвый лежал. Как я разозлился! Меня это бесит. Меня это очень бесит. Бесят лентяи. Еще меня бесит пьянство. Я борюсь с пьянством в Тарусе. Из Швейцарии специально привез бумажку, в которой 24 вопроса, по ним можно определить, алкоголик ли вы. Например: «Можете ли вы пить один?» И трое рабочих с моей помощью уже больше не пьют.

Не все в Тарусе понимают, что я здесь делаю. Чиновник местный мне один раз говорит: «Ты же из Швейцарии, капиталистической страны. Вот ты строишь этот детский сад, а я сижу и не понимаю — откуда выкат-то у тебя от этого?». Я ему говорю — нет выката. А он не верит. Потом говорю ему: «Ты знаешь, у меня есть выкат большой, просто не финансовый, а эмоциональный».

В прошлый раз, когда был в Швейцарии, в нашем городе активно обсуждалось, что в пруду живут какие-то лягушки. И жители города жалуются на этих лягушек, потому что те слишком громко квакают и мешают им в субботу отдыхать. Слишком громко квакают! В мире такие проблемы, а вы такую херню обсуждаете.

Через тысячу лет наше время назовут Веком потребления. Назовут сто процентов. Я не хочу быть потребителем. Посмотрите на мой «айфон», — Йорг достает из кармана простую кнопочную Nokia. — Я не сижу в интернете, не слежу за новостями, не думаю о том, что там произошло в Вашингтоне, или кто что опять не так сказал о России или Швейцарии. Это лишняя информация, которая убивает мой мозг. Я хочу очень простых вещей: жить счастливо, спать спокойно и правильно воспитывать детей. Пока у меня это получается. И в этом весь смысл.