Как сварить «бананы»

В субботу вечером Григ принес сумку с «бананами». Выгружая джинсы в комнате Бора, заметил:

— Как и думал, индийский «Miltons», надеялся, что с тигром, но были только слоники.

Джинсы с изображенным на лейбле слоником проигрывали «тиграм». Но все индийские джинсы «не терлись», и это было плохо, ценились модные штаны именно за потертость. Заставить устойчивую краску покинуть ткань можно было только радикальными методами, чем и планировали заняться два приятеля — Григорий и Борис в ближайшие часы. Квартира Бориса была выбрана неслучайно, у молодого человека своя комната в коммунальной квартире, Григорий же жил с родителями и бабушкой, которая ни за что не дала бы устроить химическую лабораторию на своей кухне.

Кастрюлю на двадцать литров Борис выпросил у старушки соседки, отбеливатель и уксус купили накануне.

— Бор, ты со всеми соседями договорился? — Григорий боязливо выглянул в общий коридор, по которому на трехколесном велосипеде гонял мальчишка ближайших соседей Климкиных.

— С бабой Шурой договорился, впрочем, она такая старая, что и видит, и слышит плохо, Захаркины уехали в выходные на дачу, остались только Климкины. Юрка Климкин уже в кондиции, а Ольга — она против не будет, ну ты понимаешь…

— Ничего я не понимаю, почему Ольга не будет против?

— Ну у нас с ней, короче, не трусь, все будет нормально, только надо, чтобы Санек уснул. Ты слышал альбом «Белая ночь» Электроклуба?

— А у тебя есть?

— А то, — Борис вставил кассету в магнитофон «Парус». Кассету привычно зажевало. — Черт, только пасик сменил.

Молодой человек привычно раскрутил магнитофон, и через несколько минут из динамика раздалось: «Ты замуж за него не выходи».

В дверь постучали, на пороге стояла соседка Ольга в коротеньком халатике.

— Заходи, — посторонился хозяин комнаты.

Девушка замешкалась, увидев Григория.

— Григ, — поднялся ей навстречу гость.

— Ясно, — протянула она. — Ты что-то на кухне делать хотел, я сейчас Санька покормлю и освобожу.

— Стесняется, — ухмыльнулся Борис, закрывая дверь.

«Кто виноват и в чём секрет,

Что горя нет и счастья нет,

Без поражений нет побед,

И равен счёт удач и бед…», — пессимистический гимн советских хиппи, казалось, звучал из всех уголков маленькой комнаты.

— Я «Воскресение» поставил, пока ты с соседкой любезничал.

— Хорошо, надо штаны связать.

Борис достал приготовленный шпагат, и молодые люди занялись делом. Они перетягивали брючины веревкой, а потом еще и завязали узлом.

— Мальчики, кухня свободна, — раздался голос Ольги за дверью.

В большой кастрюле кипела вода. Григорий открыл бутылку отбеливателя и понюхал:

— Что-то и не пахнет совсем, где ты его брал?

— В магазине, там еще сухая хлорка есть, сыпать?

— Сыпь.

На запах показалась старушка из самой дальней комнаты.

— Это что же ты тут варишь, Борька?

— Джинсы, баб Шура, джинсы — брюки.

— А зачем же брюки в хлорку, чай слезет краска-то, — заволновалась соседка, заглядывая в кастрюлю.

— Так и надо, чтобы слезла, модно сейчас так.

— Поди ты, модно. Хлорка ткань разъест, и дыры будут, родители деньги дают, а ты вещи дырявишь.

— У нас все под контролем. Вынимай, — скомандовал Борис Григорию.

Уксус лили прямо в ванну, от проваренных брюк вода окрасилась синим цветом. Наконец джинсы достали и вывесили на веревке. В дверях ванной стояла баба Шура и осуждающе качала головой.

Источник