Что вы знаете о саркомастигофорах?

4 июня — удивительный день. В 1922 году вышел первый номер журнала «Крокодил», а в 1962 году — первый номер «Фитиля». В «Крокодиле» была рубрика «Нарочно не придумаешь», в ней публиковали курьезные случаи из реальной жизни. В этот день захотелось продолжить традиции советского юмора.

Начало девяностых, первый курс факультета педагогики и психологии. Реформа высшего образования только набирает обороты, поэтому наш курс распух от новых предметов, впрочем, не вытесняя старых. Почему-то в то время считалось, что лишних знаний не бывает, и в наши головы, как бы сейчас сказали, старались загрузить как можно больше файлов. И самой объемной папкой с информационными файлами оказалась биология.

Читали нам ее на первом курсе, расчет руководства понятен — главное, что надо вызвать во вчерашних абитуриентах — это страх и трепет от серьезности учебного заведения. Читал нам ее заместитель декана, мужчина серьезный и очень энергичный. Проводил лекции так, что мы успевали записывать только первые буквы в словах. Я до сих пор думаю, что он человек будущего, разговаривать с такой скоростью научились только десятилетия спустя. На сессии нам дали список литературы, главной книгой в этом списке была «Зоология» для биологического факультета.

И вот теперь появляются герои нашего рассказа — ваша покорная слуга и ее подруга, назовем ее Дарьей. Мы стоим в очереди в вузовской библиотеке, и тут выясняется, что учебник в двух томах. Мы решаем взять по одному тому, а после поменяться. Библиотекарша долго роется на полках и выносит нам… Попробуйте представить книгу альбомного формата, в которой не меньше пятисот страниц. Весила она прилично. Дарья — очень хрупкая девушка, и она растеряно смотрит на меня, не решаясь взять, но все же берет, я отказываюсь от второго тома. Оказалось, что из нашей группы на такой подвиг решилась только Дарья, что стало поводом для многочисленных насмешек.

Остаток сессии Дарья блистала эрудицией, она вычитала о саркомастигофорах — группе простейших, которые передвигаются с помощью выростов или жгутиков, это если совсем просто. К концу сессии о саркомастигофорах знала не только наша группа, но и весь курс, саркомастигофоры стали своеобразным кодовым словом избранности.

А теперь представьте — экзамен, в аудитории почему-то группа в полном составе, все готовятся, а рядом с преподавателем наша Дарья. Бойко отвечает на вопросы, но не так прост наш заместитель декана, «пятерки» он не ставил никогда, из принципа! Он задает один, второй дополнительный вопрос, но все они кажутся ему слишком простыми. И тут его лицо озаряется и он произносит:

— А назовите-ка полифилетическую группу типа свободноживущих и паразитических простейших, передвигающихся с помощью псевдоподий или бичевидных выростов?

Думаю, что вы догадались, каким был ответ:

— Саркомастигофоры.

Впрочем, нет, он звучал так:

— Сарко-мастиго-форы! — сопровождаясь покачиванием ноги.

Я никогда больше не видела такого выражения лица у нашего заместителя декана. Вероятно, шок был настолько сильным, что почти вся группа получила по «четверке», разумеется, кроме Дарьи.

Иногда знания довольно много весят!

Источник