История одной измены

— Я никогда не понимала, почему так назван праздник, — сказала она, глядя прямо в глаза. — Зачем надо уточнять: семьи, любви, верности, ведь это все о семье, не так ли? В настоящей семье о любви и верности даже не задумываются, просто любят и все.

Они шли по скверу, ведущему к их дому — дому, в котором они прожили почти тридцать лет. Душный июльский день сменился вечерней прохладой, и супруги решили прогуляться. Они возвращались с работы вместе, он заканчивал немного раньше и всегда ждал ее у делового центра.

— Счастливая ты, Верка, — говорили коллеги.

— Счастливая, — соглашалась она, каждый раз думая, что этого счастья могло и не быть.

— Давай посидим, — кивнула она на свободную лавочку.

— Ты подожди, я за мороженым.

Вера смотрела ему вслед и вспоминала день, когда от ее решения зависел их брак.

Вера и Ярослав познакомились на вечеринке друзей, она пришла поздравить подругу с днем рождения, он оказался другом жениха именинницы. В тот вечер они встретились, чтобы не расставаться, а иначе, зачем он так смотрел в ее глаза, почему она чувствовала, что всю ее жизнь он незримо был рядом. Он работал на заводе, она училась на последнем курсе института, но они не ощущали разницы — спорили до хрипоты и отнимали друг у друга книжки, взятые у друзей на ночь. Им было так хорошо вместе, что заявление в ЗАГС они подали через четыре месяца после знакомства.

Ярослав был женихом богатым, от бабушки ему досталась трехкомнатная квартира, куда молодые вселились сразу после свадьбы. Вера устроилась на работу в бухгалтерию, молодые потихоньку обустраивались.

Лешка родился через два года, в то время, когда страна уже сменила курс и двигалась в неизвестном направлении, сметая все на своем пути. Выброшенным на обочину оказался и Ярик, его завод закрыли, и мужчина лихорадочно искал хоть какой-то заработок.

В магазин грузчиком его уговорила идти Аня, соседка этажом выше. Молодая одинокая женщина часто заходила к молодой паре, и, узнав, что Ярослав ищет работу, сказала:

— У нас грузчики требуются, работа, конечно, тяжелая, но ты – парень трезвый, заработать сможешь.

И Ярослав устроился грузчиком. Материально стало лучше, дома появлялись продукты, доступные остальным только по талонам, появились деньги. Но это Веру не радовало, она чувствовала, как меняется Ярослав, становится жестче, злее. Попыталась поговорить об этом, но муж сорвался на крик, никогда до этого он не повышал на нее голос. И Вера замкнулась, хлопотала по дому, варила обеды и ужины, растила сына, к которому Ярослав тоже охладел.

Тот день она помнит в таких деталях, что не покидает ощущение недавних событий. Она часто думала – почему так, почему ей кажется, что это случилось вчера, ведь целая жизнь прошла. Она родила Олесю, дети выросли, разлетелись из дома, с тех пор пережито много, но вот тот день…

Почему она тогда выглянула в окно, почувствовала? К подъезду подходил Ярослав. Она поставила кастрюлю на плиту, достала тарелки. Но мужа не было. Она выглянула – никого, но он точно зашел в подъезд. В комнате заплакал Лешка, и Вера бросилась на помощь сыну. Время шло: полчаса, час, час десять… Он пришел через два часа и сорок пять минут, нырнул в ванную, долго плескался, а когда вышел, буркнул:

— На работе задержали. Что у нас на ужин?

— Ты полюбил Аню?

— С чего ты взяла? – прикрикнул Ярослав, но глаза выдавали страх.

— Я не буду тебе ничего объяснять, мы оба все понимаем. Мне надо побыть одной.

Она собрала Лешку и ушла к родителям в тот же вечер. Как она объясняла родителям, как вообще жила следующую неделю — она не помнит. Лишь фрагменты, болезненно-яркие: вот Ярик под дверью родительской квартиры, плачущий, пьяный. А на следующее утро свекровь с криками, что сама виновата, не удержала мужика. А уже через день та же свекровь, но уже плачущая. Мамино дыхание за дверью ночью. Как же они все ей тогда мешали, даже Лешка, ведь Ярослав был его отцом. И мысли, мысли — свои, чужие:

— Как же ребенок без отца?

— Кому ты будешь нужна с ребенком?

— Их дыхание сливалось, его руки ласкали ее тело!

— У вас квартира, а здесь ты стесняешь родителей.

— Как он мог предать, как мог?!

Она не сразу поняла, что все это только мешает, а когда поняла, просто попыталась представить свою жизнь без него. Не смогла.

Ярослав приехал через десять минут, собирал их с Лешкой, просил прощения у родителей, прятал счастливые глаза.

— О чем задумалась? — спросил Ярослав, протягивая мороженое.

— О прививке. Помнишь, ты мне тогда сказал, что это была не измена, а прививка?

— Помню, — улыбнулся он. – А ведь иммунитет выработался.

Источник