Михаил Жаров – известный кинорежиссер и киноактер, который прожил интересную и насыщенную жизнь.
Михаи́л Ива́нович Жа́ров (15 (27) октября 1899[1], Москва — 15 декабря 1981, там же) — советский российский актёр и режиссёр театра и кино. Герой Социалистического Труда (1974). Народный артист СССР (1949). Лауреат трёх Сталинских премий (1941, 1942, 1947).
Михаил Жаров родился 15 (27) октября 1899 года (по другим источникам — 27 октября 1900 года[2]) в Москве в семье типографского рабочего.
Однажды в 1872 году сторож Николаевского приюта утром обнаружил у дверей младенца в изящном кружевном конверте с голубыми бантами и прикрепленной запиской: «Назовите мальчика Иваном». Вполне вероятно, что мальчик был плодом любви какой-нибудь актрисы и знатного человека. В ту пору нередко молодые, которым не позволяли сословные приличия соединиться, оставляли своих детей именно в Николаевском приюте. Так и появился на свет отец Михаила Жарова — Иван.
Фамилию Жаров Иван получил от своей воспитательницы. Тогда в приюте существовало правило: каждая воспитательница брала на попечение трех воспитанников и обучала их профессии. Когда дети выпускались «в жизнь», они получали фамилию своей наставницы.
Мама Михаила Жарова — Анна Семеновна Дроздова — происходила из семьи бывших крепостных крестьян Смоленской губернии.
Жаровы жили бедно, с детства маленький Миша пошел помогать отцу (в 1913 году отец устроил Михаила учеником наборщика в типографию, где работал сам). Но при этом он не забывал шалить во дворе и устраивать для своих друзей представления.
В 15 лет юноша поступил на работу в Оперу С.И. Зимина, где поначалу выполнял мелкие поручения директора, а затем долговязого мальчишку определили на роли статистов. Через год Мише посчастливилось сыграть в первом своем фильме в массовке. Главную роль в «Псковитянке» тогда исполнил сам Федор Шаляпин.
Окрыленный мечтой о настоящей актерской карьере, Михаил Жаров предпринимает попытки поступить в театральное училище, но ни в одно из московских учебных заведений его не взяли.
После революции в 1918 году поступил в студию при Театре Художественно-просветительного союза рабочих организаций, педагоги — А. П. Зонов и В. М. Бебутов. В том же году дебютировал на сцене театра, сыграв Шута в комедии У. Шекспира «Виндзорские проказницы».
В 1920 году окончил студию и некоторое время служил в Опытно-героическом театре, среди его работ: «Гроза» А. Н. Островского — Кудряш и Тихон; «Копилка» Э. Лабиша — Шанбурси; «Женитьба» Н. В. Гоголя — Анучкин.
Далее был артистом в Первом передвижном фронтовом художественном театре классической комедии: «Буря» У. Шекспира — Тринкуло; «Каменный гость» А. С. Пушкина — Лепорелло; «Золотой петушок» по А. С. Пушкину — Звездочёт; «Капитан Брансбоунд» Б. Шоу — Дринкоутер.
В 1921 году выступал на сцене Рогожско-Симоновского театра имени А. К. Сафонова, но в том же году перешёл в Театр ГИТИСа (с 1923 — Театр им. Вс. Мейерхольда), где с успехом играл эпизодические острохарактерные роли: «Смерть Тарелкина» А. В. Сухово-Кобылина — мадам Брандахлыстова; «Учитель Бубус» А. М. Файко — секретарь; «Мандат» Н. Р. Эрдмана — денщик.
Участвовал в театральном движении «Синяя блуза» — советский агитационный эстрадный театральный коллектив, отражавший самые различные темы, от общеполитических и международных до мелочей быта, новое революционное массовое искусство. Существовал с начала 1920-х до 1933 года. Название дала прозодежда — свободная синяя блуза и чёрные брюки (или юбка), в которой стали выступать артисты, что соответствовало традиционному облику рабочего на агитплакатах.
В 1926-1927 и в 1929 годах и играл на сцене Бакинского рабочего театра (ныне Азербайджанский государственный русский драматический театр имени Самеда Вургуна), в 1928 году — Казанского Большого драматического театра, в 1930 году — Реалистического театра.
В 1931 году перешёл в Камерный театр, где служил до 1938 года, среди его работ: «Оптимистическая трагедия» Вс. В. Вишевского — Алексей.
С 1938 года и до конца жизни — актёр Малого театра.
В кино дебютировал небольшой ролью опричника в фильме «Царь Иван Васильевич Грозный» (1915).
Первую большую роль красноармейца Егора, изменившего жене с молоденькой девушкой, сыграл в 1925 году в фильме «Дорога к счастью».
В 1930-е годы благодаря кино к актёру пришла всенародная популярность. Артист был нарасхват. Его приглашали самые известные режиссёры.
В 1943 году на съемках музыкальной комедии «Воздушный извозчик» Михаил Жаров познакомился с актрисой Людмилой Целиковской. Помимо уже упомянутого «Воздушного извозчика» Михаил Жаров в период войны снялся еще в десятке фильмов: «Оборона Царицына», «Актриса», «Во имя Родины» (старый опытный солдат Глоба), «Юный Фриц» (Фриц), «Близнецы (Еропкин) и других. Фильмы разного уровня и с разной судьбой. К примеру, пропагандистский сатирический памфлет «Юный Фриц» так и не вышел на экраны.
Михаил Жаров очень любил свою жену, с удовольствием выполнял все ее капризы, даже покупал ей старинные украшения. Но после войны Целиковскую захватила новая любовь — она познакомилась с К. Алабяном, жившим с ними в одном дворе. Разрыв закончился для него бессонницей, сердечными спазмами и микроинфарктом.
Всего актёр сыграл более чем в 60 фильмах. С годами куража у его героев поубавилось, они становились спокойнее, мудрее, основательнее. Последний его киногерой — сельский милиционер Анискин («Деревенский детектив», 1968; «Анискин и Фантомас», 1974; «И снова Анискин», 1978). Роль для актёра программная: его Анискин — деревенский философ, мудрец, проницательный, несуетливый, вникающий во все дела. Герой, утверждающий веру в то, что наша жизнь зависит от нашего собственного решения жить «правильно», разумно.
Свой последний фильм «И снова Анискин» Михаил Жаров поставил сам. К тому времени он уже был тяжело болен, но перед камерой держался достойно. Следует заметить, что в последние годы у актера проявились и признаки «звездности». Жаров, очень болезненно относящийся к своей славе, своей фигуре, резко реагировал на оператора, если тот уводил от него объектив кинокамеры. Не случайно в фильме постоянно одни крупные планы Жарова. Но простим этому замечательному актеру, так немало сделавшему для советского кино, его небольшую слабость. Тем более, что картины об Анискине действительно и по сей день доставляют удовольствие зрителям, в том числе и его неповторимой игрой.
Жаров, очень болезненно относящийся к своей славе, своей фигуре, резко реагировал на оператора, если тот уводил от него объектив кинокамеры. Не случайно в фильме постоянно одни крупные планы Жарова. Но простим этому замечательному актеру, так немало сделавшему для советского кино, его небольшую слабость. Тем более, что картины об Анискине действительно и по сей день доставляют удовольствие зрителям, в том числе и его неповторимой игрой.
Спасибо большое Вам за интересный материал,всегда с интересном читают ваши статьи, дай Бог нам всем сил и терпения в наше не простое время, будьте здоровы и счастливы!