Сбежавший от реальности.

23 августа день рождения Александра Степановича Гриневского - великолепного прозаика, автора хороших стихов и интересных пьес, что известен, как Александр Грин. Ни для кого не секрет, что, именно, в провинции рождаются гении. И это произошло в семье польского ссыльного в поселке Слободской, что теперь является микрорайоном Кирова, в 1880 году. Несмотря на то, что с юных лет Александр Степанович был человеком общительным, тем не менее брат и две сестры никогда не составляли ему компании. Ни товарищи по антиправительственной борьбе, ни жены, не стали теми людьми, с которыми Грин мог бы поделиться сокровенным. Будучи убежденным социалистом, писатель неоднократно попадал за решетку. Здесь он начал создавать свою вселенную, в которой, как оказалось, главное светило - он. Еще до революции литературные критики, пытаясь, как они считали, чудака, уколоть побольнее, называли его, то русскими Гофманом, Хаггардом, Джеком Лондоном, то Эдгаром По. Только правда состоит в том, что у Грина нет предшественников, подражателей, последователей и учеников. Вятский мечтатель - уникальное явление мирового масштаба. И, именно, это его и погубило. Потому что, в СССР нельзя было выбиваться из толпы, бравируя своим интеллектом, непонятным мировосприятием и отсутствием тесной связи с чаяниями беднейшего крестьянства и пролетариата. Когда начала формироваться каста профессиональных литераторов, то во главе оказались приспособленцы и творческие ремесленники, которых, прежде всего интересовало не искусство, а привилегии и награды. Многим знаменитостям, сначала они присвоили статус попутчиков, а затем и идеологических врагов. Переставший печататься Грин, уже не мог себе позволить проживать в Ленинграде или Москве. К себе на юг Александра Степановича позвал старый друг - Максимилиан Волошин, что также постепенно вытеснялся из литературной жизни. И Волошин, и Грин умерли, почти одновременно, летом 1932 года. Напоследок, возникает вопрос: Пережили бы Волошин, Грин или Сологуб вторую половину 30-х. Как, ни странно, ответ, да. О них бы демонстративно забыли бы. Но "главный друг всех литераторов" не позволил бы физически их уничтожить, ибо, с одной стороны, прекрасно понимал уровень таланта, а с другой, ему доставляло удовольствие представлять нравственные муки, не желавших подчиняться. Не зря же, "на коротком поводке" держали Булгакова, Вересаева, Зощенко, Каверина, Маршака, Паустовского, Федина, Шварца и других авторов, не унижавших себя доносами и коллективными письмами. Пользы, от нахождения их в лагере, никакой. Да, и управлять ими не получалось, как, например, психопатом Гайдаром или хроническим алкоголиком Олешей.