Познакомьтесь с любителями, которые собирают пакеты для рвоты

“Я собираю пакеты для блевотины” - это неполное предложение. Грамматика присутствует, но она требует дальнейшего пояснения. Чтобы разобраться в этом необычном хобби, необходимо “потому что” или благотворительное “и”, чтобы вывести слушателей из замешательства, вызванного тем, что они впервые слышат этот набор слов, составленный таким образом.

“Я коллекционирую пакеты от рвоты, потому что они довольно аккуратные”.

“Я собираю пакеты для блевотины, и я не единственный”.

По словам известных представителей их рядов, из восьми миллиардов человек на планете число серьезных собирателей блевотных пакетов немногим превышает 100. Статистически не значимо, но значительно больше, чем можно было бы предположить.

Горстка этих коллекционеров принимает участие в “Последнем пакете для рвоты”, новой кампании Dramamine — да, лекарства от тошноты, — посвященной этому самому необходимому изобретению с помощью 13-минутного документального фильма и выставки пакетов для рвоты в Нью-Йорке. Там сотни образцов иллюстрируют эволюцию авиационной промышленности.

Для некоторых коллекционеров это серьезный бизнес. Прямо сейчас, в едва укромных уголках Интернета, пакеты для блевотины покупаются и продаются в коммерции, столь же чуждой большинству людей, как фраза “Я коллекционирую пакеты для блевотины”.

Сообщество, каким бы маленьким оно ни было, выработало свой собственный этикет и иногда взрывается небольшой драмой. Благодаря этому хобби завязались дружеские отношения, а знания — о, они поразительно богаты деталями.

Но, в конце концов, это блевотные мешки. И если ты собираешься участвовать в этой сцене, у тебя должно быть действительно хорошее чувство юмора.

Невыразимое "почему"

Когда Стив Зилбербург начал собирать пакеты для рвоты примерно в 1981 году, он думал, что будет единственным. Он ошибался, но это было понятное предположение.

“Когда ты молод, ты говоришь:‘О, я собираюсь что-нибудь коллекционировать’. Но марки и монеты коллекционируют все”, — сказал программист и уроженец штата Мэн.

Понаблюдав за коллекциями ключей-сардинок и утяжелителей из пенопласта, Зильбербург нашёл вдохновение в кармане спинки сиденья во время перелета по пересеченной местности из Бостона в Сан-Франциско.