Международный проект «Из забвения в небо»: как я стал искать самолёты времён войны в озёрах нашей республики

Я, в те годы

Напоминаю, предыдущая часть этого цикла здесь.

Начало 90-х – время перемен и неожиданностей. Тогда я получил приглашение, которое сначала казалось фантастикой: работать с международным проектом по поиску и подъёму самолётов Второй мировой войны, затонувших в наших озёрах.

В кабинете Елены Сергеевны я познакомился с Сергеем Кумыковым (имена и фамилии изменены) – человеком из Москвы, который руководил организацией «Подводный мир». Слово «международный» тогда звучало почти как гром среди ясного неба – и одновременно манило и ошеломляло. Сергей рассказал, что проект финансируют американцы, а цель – найти самолёты, которые в годы войны упали в озёра республики.

Дело в том, что воздушная война у нас шла почти всю Великую Отечественную войну. На земле самолётов, которые могли бы восстановить, осталось мало – их разбивали падения и местные жители разбирали на металл. Но озёра – совсем другое дело. Вода служила амортизатором, сохранив многие самолёты почти целыми, пусть и на глубине. Наш регион даже называют «Страной озёр» – и именно там, под толщей воды, и прятались исторические реликвии.

Когда Сергей спросил, могу ли я помочь найти подходящие озёра и «точки» для погружений, я честно ответил, что попробую. Несмотря на то, что был в определённом смысле изгоем у себя дома, Елена Сергеевна уверяла, что у меня достаточно влияния и связей, чтобы организовать этот поиск.

Разговор плавно перешёл к техническим вопросам. Какие самолёты ценятся больше всего? Сергей ответил, что «Мессершмитт-109» – мечта коллекционеров и музеев, а вообще наибольшая ценность у истребителей.

Смеюсь теперь, вспоминая, как я признался, что никогда не занимался подобным, но просто очень любил авиацию с детства. Это, кстати, сыграло свою роль – Сергей сказал, что именно поэтому ему со мной повезло. Если кому интересно художественное описание этой истории оно есть здесь.

Для проекта было создано предприятие «Авиа», которым руководил муж Елены Сергеевны. Мне предложили контракт, чтобы я мог официально начать работу, не теряя пособия по безработице – тогда это было важно.

И самый яркий момент – Сергей сказал, что поднятый самолёт, поддающийся восстановлению, стоит десятки миллионов долларов. Один такой – и вся жизнь меняется. Понимаете? Это не просто работа, а шанс участвовать в деле с огромным историческим и коммерческим потенциалом.

Этот проект стал для меня не просто работой – а возможностью соединить любовь к истории с реальными делами, которые могли принести пользу и открыть новые горизонты.

Подробнее обо всей этой части моей биографии можно прочесть в этой подборке, здесь.