Любовь прошла — а ипотека осталась

Развод — дело тонкое.

Сначала “мы всё делим пополам”, потом “ну кроме квартиры, машины, дачи, собаки и моего телефона — это же моё личное”.

И вот уже любовь ушла, а имущество осталось стоять в центре комнаты, как немой свидетель фразы “в радости и в беде”.

Когда всё начиналось, никто не думал о разделе.

Все же любят:

— Квартиру берём в ипотеку на двоих? Конечно, мы же семья!

— Машину на тебя оформим? Ну какая разница, всё общее!

А потом, через пару лет, оказывается, что “всё общее” — это, оказывается, только долги, а “имущество” — исключительно чьё-то личное.

Самое интересное начинается, когда дело доходит до суда.

Там звучат лучшие аргументы десятилетия:

— Телевизор мой, я его из коробки доставал.

— Холодильник покупала я, но он жил у него.

— А стиралка? А стиралка вообще нейтральная, она не виновата.

И ведь судья должен всё это слушать, фиксировать, оценивать…

А потом по документам, чекам и свидетельствам решать, кто кому должен и кому что достанется.

По закону всё просто:

- всё, что куплено в браке, — общее;

- всё, что подарено или получено по наследству, — личное;

- а всё, что “мне мама дала” — требует доказательств, желательно не устных.

Но на практике каждый развод — это квест “докажи, что не верблюд”.

Потому что даже микроволновка, купленная “на двоих”, в какой-то момент становится “моей любимой техникой, которую я заберу”.

Самая острая точка — ипотека.

Вот где настоящая любовь проверяется временем.

Потому что расстаться с человеком проще, чем с банком.

Суд поделит долю, но платить придётся обоим.

Так что “в радости и в долге” — звучит гораздо честнее.

Ирония в том, что когда люди женятся, они не верят в развод, а когда разводятся — не верят в закон.

А закон, между прочим, работает.

Медленно, скучно, но работает.

Так что лучше заранее всё прописать: кто платит, кто владелец, кто должен.

Чтобы потом не писать объяснительные о том, почему “кошка осталась у бывшего”.

Любовь — прекрасна, но документы — надёжнее.