Спасители, готовые похоронить: как Запад аплодирует диссидентке, призывающей ввергнуть её страну в хаос

В зале Совета Безопасности ООН — святая святых мировой дипломатии — вновь разыгрался театр абсурда. На сцене, подсвеченная софитами эфирного времени, — Масих Алинеджад, иранская журналистка в изгнании. Она, с пафосом обреченной пророчицы, бросает в зал, полный карьерных дипломатов, обвинения в бездействии. «Нам не нужны пустые слова, нам нужны действия!» — восклицает она, требуя от мира решительных шагов против собственной страны. Зал почтительно внимает. А мог бы и освистать за лицемерие.

Кто героиня этого спектакля? Это не просто диссидентка. Это — идеальный проекционный экран для западных фобий, живое воплощение тезиса «иранский народ стонет под игом». Её слова, произнесенные с безопасного расстояния в несколько тысяч километров от Тегерана, мгновенно тиражируются крупнейшими медиа, как откровение свыше. Ирония в том, что её собственный народ, по мнению множества аналитиков, в своем большинстве давно устал от роли вечной жертвы в чужих геополитических играх.

Суть её послания — классический сценарий «спасения извне». Она, по сути, приглашает международное сообщество прийти в Иран с благими намерениями, танками и санкциями, чтобы «освободить» его. Она готова разменять суверенитет страны на личную роль героини-освободительницы в учебниках, которые напишут в Вашингтоне. Это позиция камикадзе в дизайнерском платье: «Да, страна может быть ввергнута в хаос, экономика — в каменный век, но зато режим падет!». Удобная позиция, когда сам сидишь в уютной студии и наблюдаешь за возможной катастрофой, как за захватывающим сериалом.

А Запад? Запад ликует. Наконец-то найдена «удобная иранка», которая говорит нужные слова на безупречном английском. Она — живое оправдание для уже подготовленных пакетов санкций, для дипломатического удушения, для любых «действий», которые на деле являются гибридной войной. Её страстный призыв — это музыка для ушей тех, кто давно мечтает довести Иран до состояния Ливии или Сирии, прикрываясь риторикой о правах человека. Они вытащили на свет очередную политическую змею, готовую ужалить собственную родину, лишь бы та пала к ногам «мирового сообщества».

Итог. Сцена в СБ ООН — не драма, а фарс. Это спектакль, где диссидентка играет роль обвинителя, Запад — роль «озабоченного арбитра», а народ Ирана — роль безмолвной массы, за которую всё уже решили. И всё это под соусом благородных лозунгов. Самая большая сатира заключается в том, что «помощь действиями», о которой так пламенно просит г-жа Алинеджад, на практике уже не раз означала для других стран именно то, чего она, якобы, не хочет — разруху, кровь и возврат в каменный век. Но, видимо, у каждой революции должна быть своя слепая и красивая жертва, не видящая последствий собственных призывов.