Спецоперация Борьбу с коррупцией возглавляет лично президент

Во время президентской избирательной кампании довольно мало говорят о коррупции. Во всяком случае Владимир Путин и представители власти тему явно не педалируют. Практически не звучала она и в Послании президента.

Почему?

«Невыгодная, опасная тема!» - естественно, скажет не только любой оппозиционер, но и многие из путинского большинства. Люди охотно поддерживают внешнюю политику, но при этом куда критичнее относятся к политике внутренней, в особенности разделяют убеждение во «всеобщей коррупции» и отсутствии борьбы «пчел с медом». Между тем это убеждение как минимум неточно. И факты последних лет говорят о том, что в стране ведется классическая спецоперация по борьбе с коррупцией.

За последнее время дела о коррупции вышли на новый административный уровень. За последние 2 года возбуждено 6 дел против губернаторов, 1 дело против министра. Со времен Петра НИ ОДИН (!) российский министр не был осужден за взятки! За «измену Родине», «шпионаж», «троцкизм» при Сталине наркомов расстреливали пачками, но за взятки не судили. Первый случай. А небывалая зачистка почти всего аппарата в Дагестане… Все это явно не точечные истории, и, скорее всего, являются частью общей спецоперации, направленной на борьбу с одним из вечных русских зол. Ясно, что без прямых личных указаний Путина вся эта кампания была бы просто невозможна. Ясно, что он сам контролирует весь процесс. При этом также ясно, что никто не хочет специально пиарить ее результаты.

Каковы же цели этой кампании?

Естественно, коррупция в России была, есть и будет. Весь вопрос в степени, размере. А вот это во многом зависит от того, как именно с ней борются.

Мы знаем про несколько громких коррупционных дел. «Капля в море взяток», - опять же скажет большинство граждан. Тех же самых, кто через секунду будет возмущаться судебным произволом…

Так вот, во-первых, не такая уж капля, да и знаем мы лишь о том, о чем пишут в СМИ. Во-вторых, когда речь идет о коррупции, важнее всего атмосфера. И вот это совсем не такое малое, а главное - неуклонно растущее число ПРЕЦЕДЕНТОВ порождает СТРАХ. Страх - главная причина, тормозящая взятки, мешающая и давать, и брать, тем более что в отличие от многих других преступлений и чиновникам, и тем, кто дает взятки, как правило, очень даже есть что терять. Тут народ и пугливый, и «с понятием».

Наше общество, более чем скептически настроенное в этих вопросах, сплошь да рядом не верит, что на самом деле причина начатых расследований именно во взятках, ищут какие-то интриги, подводные камни. Но вот статистика. В 2012-м за взятки было осуждено около 6000 чел., в 2016-м - свыше

13 000. Точных данных по 2017-му нет, но, видимо, будет не меньше 14 000 - 15 000 дел. Ни на какие интриги это не спишешь - разные интриги были и будут всегда, но массовая кампания определяется не интригами, а направленной политической волей. Другие факты - за последние годы почти полностью обновился весь губернаторский корпус. Ясно, что после избрания президента будет очень существенно изменен и состав правительства. Причем это - не перетасовка одной колоды. Легко заметить ЛОГИКУ изменений. На высокие посты приходят технократы в возрасте около 40 лет. Как правило, люди с бизнес-опытом, часто международным (работали и в западных компаниях или учились в бизнес-школах) лично, мягко говоря, не бедные, честолюбивые. Все это не дает гарантии, но повышает вероятность того, что эта бюрократическая смена пришла не «откатов ради, а карьеры для». Нормальная мировая практика - из бизнеса в бюрократию, а потом можно опять в бизнес, но уже на более высокие посты и оклады (притом что чиновники и сейчас получают совсем неплохо, а с учетом льгот и социальных пакетов - того лучше).

Все это не дает гарантий против коррупции. Но гарантии бывают только в сказках. В реальности нет волшебной палочки - может быть только ПРОЦЕСС, включающий кнут и пряник, процесс системной перестройки бюрократического аппарата с целью ослабления коррупционных связей и стимулов.

Кстати, еще один элемент этого процесса - закрытие массы «прачечных» банков.

Но почему же о борьбе с коррупцией власть мало говорит?

Причина очевидна: Путин не хочет превращать это в реалити-шоу, создавая атмосферу психологического террора бюрократии. «Огонь по штабам», который велся во время перестройки в конце 1980-х, его явно не вдохновляет. И практически - треску много, толку мало. И политически - зачем провоцировать хаос в и без того запутанной системе управления? Точно так же без каких-либо публичных упоминаний происходила подготовка нового вооружения, о котором президент заявил только во время Послания Федеральному собранию.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Это общий стиль «КГБ-спецоперации», характерной для Путина: «тихая, тонкая ручная настройка» сверху вниз, без пиар-шума (пиар-темы другие - из области внешней политики в основном), чтобы постоянно поддерживать баланс между стабильностью аппарата и возможностью поворачивать изнутри этот же аппарат в нужную сторону.