Из обзора прецедентной практики ЕСПЧ (октябрь 2018)

Не является нарушением ЕКПЧ неспособность органов государственной власти обеспечить исполнение наказания в виде лишения свободы в отношении лица, осужденного за убийство сына заявителя

Akelienė - Литва, 54917/13, постановление / апелляция 16.10.2018 [Секция IV]

Факты. Сын заявителя был убит в 1994 году. Власти начали расследование этого дела после сообщения дочери заявителя о пропаже без вести ее брата. A.G был официально обвинен в убийстве в 2005 году, взят под стражу в марте 2006 года и содержался под стражей до ноября того же года, когда ему было наложено наказание в виде обязательства не покидать своего места жительства. В 2009 году он был оправдан, оправдательное решение оставлено апелляцией в силе. В 2011 году Верховный суд отменил это решение и передал дело на новое рассмотрение. В ноябре 2012 года Апелляционный суд осудил A.G. за убийство при отягчающих обстоятельствах и приговорил его к 14 годам тюремного заключения. В декабре 2012 года установлено, что A.G. скрылся, чтобы не отбывать наказание.

Право - статья 2 (процессуальный аспект): хотя уголовное судопроизводство осуществлялось в течение ряда лет, доказательства того, что властями расследование не проводилось, отсутствуют. Кроме того, как только власти получили информацию в 2004 году о возможной причастности A.G. к убийству, они добились того, что A.G. был осужден, вынесен приговор о виновности с назначением наказания в виде лишения свободы. В этом случае императив установления обстоятельств дела и ответственного лица по мнению ЕСПЧ был удовлетворен.

Однако основной довод жалобы заявителя заключался в неисполнении властями решения суда в части наказания в виде лишения свободы A.G., в том числе по той причине, что к A.G. до его осуждения в ноябре 2012 года не применялись предварительные ограничительные меры уголовно-правового характера.

После оправдания A.G. в 2009 году и до его осуждения в ноябре 2012 года A.G. принял участие в рассмотрении его дела Апелляционным судом и Верховным судом, хотя власти не предпринимали никаких действий для обеспечения его участия. Таким образом, не может считаться, что власти не проявили необходимого усердия в обеспечении его участия в уголовном судопроизводстве.

Что касается действий, предпринятых после осуждения A.G., то имелась отсрочка на девять дней на период направления решения суда на исполнение. Однако недостаточно было найти нарушение статьи 2 в данном деле, поскольку неясно, покинул ли A.G. Литву до его осуждения, тем самым препятствуя исполнению приговора.

Кроме того, A.G. был объявлен в международный розыск, а затем в феврале 2013 года получен европейский ордер на арест. Получив информацию от Интерпола о его возможном местонахождении, был направлен международный запрос о правовой помощи с целью обеспечения его выдачи. Впоследствии стало известно, что A.G. предоставлен статус беженца в Российской Федерации и поэтому он не может быть экстрадирован в Литву в соответствии с Соглашением между Литовской Республикой и Российской Федерацией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам.

При таких обстоятельствах ЕСПЧ посчитал, что меры, принятые государством с целью поиска A.G. после его осуждения и выдачи его Литве, были достаточными.