ЕСПЧ о сохранении права пользования квартирой лицами, отказавшимися от приватизации

Достаточно частыми являются случаи, когда покупатель жилой недвижимости через некоторое время после покупки узнаёт, что в его квартире имеют право проживать совершенно чужие ему люди. К ним относятся в частности лица, имевшие право на приватизацию и давшие согласие на неё, но отказавшиеся от своего участия в приватизации в пользу других членов семьи. Изацию и давшие согласие на неё, но отказавшиеся от своего участия в приватизации в пользу других членов семьи.

Позиция российских судов

В настоящее время в судебной практике доминирует подход, согласно которому лица, отказавшиеся от своего участия в приватизации в пользу других членов семьи, при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу не могут быть выселены из этого жилого помещения, поскольку имеют право пользования данным жилым помещением.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации».

18. Судам следует учитывать, что если правоотношения по пользованию жилым помещением носят длящийся характер, то положения части 4 статьи 31 ЖК РФ в силу статьи 5 Вводного закона могут применяться и в том случае, если семейные отношения между собственником жилого помещения и членом его семьи, проживающим совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, были прекращены до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем при рассмотрении иска собственника жилого помещения о признании бывшего члена его семьи утратившим право пользования этим жилым помещением необходимо иметь в виду, что в соответствии со статьей 19 Вводного закона действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. Согласно частям 2 и 4 статьи 69 ЖК РФ (до 1 марта 2005 года - статья 53 Жилищного кодекса РСФСР, далее - ЖК РСФСР), равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

К названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Судебная практика

Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 2005 г.

Вопрос 45: Сохранится ли право бессрочного пользования жилым помещением у бывшего члена семьи собственника жилого помещения, отказавшегося от участия в приватизации жилья, при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу с учетом положений статьи 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» и статьи 292 ГК РФ?

Ответ: Статья 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусматривает, что действие положений части 3 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Из части 2 статьи 292 ГК РФ следует, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», граждане, занимающие жилые помещения в государственном или муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд) на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти жилые помещения в собственность.

Согласие лица, которое совместно проживает с собственником жилого помещения, является обязательным условием для приватизации. При этом следует учитывать, что, дав согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение другому лицу, поскольку иное толкование нарушало бы положения статьи 40 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой каждый имеет право на жилище и никто не может быть произвольно лишен своего жилища.

Следовательно, если бывший член семьи собственника на момент приватизации имел равные права с лицом, которое впоследствии приобрело в собственность данное жилое помещение, но отказался от приватизации, дав согласие на приватизацию иному лицу, то при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу он не может быть выселен из этого жилого помещения, поскольку имеет право пользования данным жилым помещением. При этом необходимо исходить из того, что право пользования носит бессрочный характер.

Позиция Европейского суда по правам человека

CASE OF KOPYTOK v. RUSSIA (Application no. 48812/09), JUDGMENT, STRASBOURG, 15 January 2019

Фабула дела:

В 2007 году гр. Копыток купила квартиру в Липецке. Продавцом была гр. Еременко, выступавшая от имени себя и своей несовершеннолетней дочери. Согласно договору имущество не было «заложено, обременено какими-либо претензиями третьих сторон, оспариванием или арестом».

Ранее эта квартира была предоставлена в качестве социального жилья для Еременко, её мужа и четырёх детей. Старшая дочь в 1997 уехала на учёбу и в квартире не проживала. Сыновья ко времени продажи квартиры отбывали наказание в местах лишения свободы. В 2006 году Еременко и младшая дочь приватизировали квартиру. Муж и остальные дети от участия в приватизации письменно отказались.

После регистрации перехода права собственности на квартиру Копыток подала иск на бывшую собственницу Еременко и членов её семьи, о признании их утратившим право пользования квартирой, выселении и аннулировании регистрации. 7 апреля 2009 года суд удовлетворил ее иск частично. Удовлетворил в отношении Еременко и младшей дочери, как бывших собственников и отклонил иск в отношении старшей дочери и сыновей по следующим основаниям: «Из письменных заявлений следует, что отказываясь от участия в приватизации, они не намеревались прекращать пользоваться квартирой. Соответственно, нет никаких правовых оснований для того, чтобы считать, что их право пользования квартирой было прекращено. Изменение права собственности на оспариваемое имущество не может служить основанием для прекращения их права пользования квартирой».

Копыток обратилась в ЕСПЧ с жалобой, в которой ссылалась на нарушение ее права.

Европейский суд по правам человека жалобу удовлетворил указав:

• Право пользования жилой недвижимостью явно не упомянуто или отрегулировано в российском законе. Статья 292 Гражданского кодекса РФ устанавливает, как общее правило, что переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом. Однако иное в российском законе нигде не установлено. А статья 31 § 4 Жилищного кодекса и ст. 19 Закона «О введении в действие Жилищного кодекса» относятся к другим ситуациям, то есть «крах семейных отношений между действующим владельцем собственности и людьми, живущими под той же крышей с ним, а не изменением в собственности».

• Однако с 2005 Верховный суд РФ интерпретировал ст. 19 Закона «О введении в действие Жилищного кодекса» как создание исключения к общему правилу Статьи 292 § 2 Гражданского кодекса РФ и гарантирующую право пользования членам семьи предыдущего владельца, которые отказались от участия в приватизации. Общее правило в Статье 292 § 2 было существенно изменено постановлениями Верховного суда, у которых нет качества «закона». Европейский Суд полагает, что такое развитие правовых рамок не было ясным и предсказуемым.

• По вопросу о том могла ли Копыток обоснованно предвидеть, что ее титул на собственность будет обременен требованиями третьих лиц, Европейский Суд замечает, что, прежде чем подписать контракт, она убедилась, что три взрослых ребенка больше не жили в квартире. Ей также дали копии гарантированных заявлений, в которых они согласились на приватизацию в пользу своей матери и младшей дочери и отказались реализовывать своё право от своего собственного имени. Частный контракт предусмотрел, что собственность была лишена любых требований третьих лиц. Однако существующие правовые рамки не позволили ей проверить были ли те соглашения точны.

• Российские власти управляют всесторонним имущественным регистром для записи прав в недвижимости и сделках с недвижимостью, включая детали собственности, прав в собственности, ипотеках, обременениях и других элементах важных для интересов в собственности. Однако в ЕГРН записи о правах пользования не делаются. В результате потенциальный покупатель, такой как заявитель жалобы, не мог обоснованно полагаться на информацию, содержавшуюся в управляемом государством имущественном регистре, чтобы установить, что собственность была обременена правами третьих лиц.

• Ввиду вышеизложенных соображений, учитывая несовершенные правовые рамки, разумную осмотрительность покупателя перед входом в собственность, Европейский Суд находит, что справедливое равновесие не было установлено между требованиями общего интереса общественности и требованиями защиты основных прав человека и что бремя, возложенное на покупателя, было чрезмерным. Поэтому было нарушение Статьи 1 Протокола № 1 ЕКПЧ.

Постановил: Государство-ответчик должно выплатить заявителю:

• 5000 евро плюс любой налог, который может взиматься в связи с моральным ущербом;

• 1500 евро плюс любой налог, который может взиматься с заявителя, в отношении расходов и издержек.

Таким образом, ЕСПЧ указал, что правовая неопределённость российского законодательства, а также разъяснения ВС РФ, выводящие из законов то, чего там нет, бьёт по добросовестным приобретателям имущества. Остаётся только вопрос – вправе ли ЕСПЧ указывать ВС РФ как толковать российские законы.