Новая сказка о рыбаке и рыбке

Жил старик со своею старухой

На широком морском берегу.

Вечно был этот старец под мухой,

Вечно был этот старец в дугу.

Ранним утром раздавит бутылку

И идёт поднимать невода,

Но имеет удар по затылку

В дом пустым возвращаясь всегда.

Бьёт корытом старуха супруга

По несчастной его голове…

В общем, так и любили друг друга

Эти старые личности две.

Но однажды, почти за спасибо,

Дед достал из пучины морской

Золотую, волшебную рыбу

С говорящей огромной башкой.

Рыба молвила чётко и внятно

Когда глянул рыбак на неё:

«Отпусти меня, старче, обратно.

Я исполню желанье твоё».

Дед нахмурился, в чудо не веря,

Но пугаясь греха и тоски

Зашвырнул неизвестного зверя,

Как позволила сила руки.

Набрехал о случившемся бабе.

Та бранилась с игрою бровей:

«Заказал бы хотя бы той жабе

Ты корыто для нас поновей.

Ах, ты старый, тупой алкоголик!

Мы ж с тобою живём в нищете!

Заказал бы скамейку и столик.

Поменяли бы наши на те.

Не получишь ты больше спиртного!

На продажу пущу самогон!

Не попросишь! Даю тебе слово-

Из избы тебя выгоню вон!».

Что поделать? Старик вышел к морю

И взмолился, пуская слезу:

«Не предай меня горькому горю,

Эй, ты – дивное диво в низу!

Поднимись и спаси мою душу

От кромешного гнева жены…»

«Слова я своего не нарушу»,

Вдруг услышал он голос с волны.

«Что ты хочешь, старик? Говори же.

Я ударю хвостом по воде

И получишь – хоть домик в Париже,

Хоть корытом златым по балде».

Призадумался старый проказник.

Тихо молвил: «Пошлю всё к чертям.

Ты устрой-ка мне, рыбонька, праздник

И жену разбери по частям,

Да наладь мне приток самогонки,

Чтоб до самого жизни конца

Я не вспомнил у этой бабёнки

Ни единой морщины лица.

Чтоб забыл я судьбу свою скоро,

Чтоб не ведал я жизни своей

Неказистой и горькой, в которой

Ясных, ласковых не было дней».

Улыбнулась сударыня рыбка

И издав оглушительный крик,

Вмиг исправила злую ошибку,

Что свершил в старой сказке старик.