Фотография моей Малой Родины

Фотографии! Фотографии. Вот с фотографии начала 20-ого века смотрят на нас казаки с шашкой у бедра. С высокими начищенными сапогами, в папахах. Или с картинно зачёсанными чубами на бок. Под ремнём, как тогда говорили. Рядом казАчки с кружевными платочками в руках. Юбки с оборками, с покрытыми косами на голове. А как же? Замужние дамы. Жакеты и блузки с воротничком-стойкой.

Дети. По случаю чисто отмытые и причёсанные. Напряжённо смотрят на нас. В начале 20-ого века фотография искусство. Не моргни! Обязательная деревянная резная тумбочка фотографа, часто встречаемая на старинных фотографиях. Ваза с бумажными цветами на ней.

А вот революция пришла в Забайкалье. Партизаны, бойцы в опорках. Мальчишки в странных кепках на корточках. Какие-то бандитские кепки. И митинги, митинги, митинги. Братская могила красноармейцев. Вдалеке братская могила белых. И одинокое дерево над ней. Ещё не взорваны храмы. Но уже лежат, лежат в могилах русские люди, которых смерть примирила.

Им повезло. Они не узнают, что стало со страной. А те, что клянутся отомстить за смерть боевых товарищей, пойдут, пойдут по тюрьмам и лагерям. Не вернутся они в село. Сгинут где-то. А где? Остались тюремные фотографии: ФАС. ПРОФИЛЬ.

Война. Год 41-ый. Солдаты, солдаты, солдаты. Совсем молодые и умудрённые жизнью мужики смотрят на нас из далека, со старых фотографий.

Поджав одну ногу, грустно глядит седоусый солдат. И совсем молоденький скалит белые зубы.

Вагоны-вагоны-вагоны. Все они останутся там. Редкие счастливцы вернутся домой. Счастье, что нет руки. Счастье, что нет ноги. Бабы с ребятишками. Мужиков уж нет. Какие вернулись - искалеченные пьяницы.

И мама моя с двумя пацанами. Солдатские вдовы - вся Россия. Война! Что с неё спросишь.

Работа на износ. В колхозе, где вместо денег трудодни. Нет паспорта, чтобы уехать за лучшей долей. Крепостные колхоза. Крепостные России.

Митинги. Опять митинги. Как любят в России вместо дома бывать на митингах! Чуть позже уже митинги под названием ДЕМОНСТРАЦИЯ. Знамёна, портреты вождей с сытыми рожами в руках усталых измученных людей. Странные кумачовые лозунги, из которых потом шили себе косынки и кофты деревенские модницы. На кофтах проглядывали белые буквы.

А фотографии всё прибывают. В грубых рамах висят они по избам в больших количествах. Украшают стены. Школьники уже в другой форме. Мальчишки в мундирчиках, девочки в коричневых платьицах, с фартуками и бухгалтерскими нарукавниками. Яркий пионерский галстук, так всеми любимый за украшение безликой формы. Платьица пока ниже колен.

А время идёт себе, идёт. Платья девичьи стали короче, мундирчики сменили синие костюмы. Галстуки пока яркие у всех.

Уже эшелоны идут на целину. Комсомольцы пляшут у вагонов. В сапоги гармошкой заправлены брюки. Мода тех лет. Косы на девичьих головах пока ещё есть. Для страны норма, что все живут в бараках. Не хватает ничего. Только снега вдоволь. И этот снег на всех фотографиях. Вожди сменяют друг друга, а жизнь не меняется.

Ребятишки уж выросли. И смотрят на нас с фотографий уже молодыми мужиками. Мы глядим на них из сегодняшнего дня. Они держат на руках своих уже ребятишек.

Как мы внимательно глядим друг на друга! Ищем знакомых. Когда узнаём кого-то, радуемся по-детски.