15 апреля 2016 года судья районного суда города Перми, рассмотрев ходатайство заместителя начальника отдела полиции № 23 Управления МВД России по городу Перми о помещении Д., 2003 года рождения, в Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей Главного управления МВД России по Пермскому краю (далее - Центр), постановил - приняв во внимание личность Д., с 7 декабря 2013 года состоящей на учете в подразделении по делам несовершеннолетних данного отдела и совершившей до достижения возраста уголовной ответственности противоправные деяния, с целью защиты ее жизни и здоровья, предупреждения совершения ею повторных общественно опасных действий, а также проведения индивидуальной профилактической работы - поместить ее в Центр на срок до 30 суток.
Однако постановлением председателя Пермского краевого суда от 4 мая 2016 года это решение признано незаконным и необоснованным и отменено со ссылкой на то, что судом не дано должной оценки всем обстоятельствам дела, не исследованы все отказные материалы по всем общественно опасным деяниям, совершенным Д., и обстоятельства совершения подростком правонарушений, отсутствует вывод суда о наличии в деянии несовершеннолетней признаков преступления, не исследован вопрос о материально-бытовых условиях ее жизни, а материалы о помещении подростка в Центр не содержат медицинских документов, подтверждающих возможность такого помещения. Дело направлено в тот же суд на новое рассмотрение в ином составе суда.
При новом рассмотрении дела о помещении Д. в Центр на срок до 30 суток судья районного суда города Перми установил, что в ее поведении наметилась позитивная динамика, он стремится к учебе и исправлению неудовлетворительных отметок. Не оценивая обоснованность первоначального ее помещения в Центр, но учтя ее пребывание там около трех недель, в течение которых психологом с ней велась работа, приведшая к положительным изменениям, судья пришел к выводу, что на момент рассмотрения им дела оснований для помещения Д. в Центр еще на одну неделю не имеется, и постановлением от 9 июня 2016 года отклонил ходатайство.
Посчитав, что помещением в Центр по судебному решению, впоследствии отмененному, ее ребенку причинен моральный вред, гражданка А., действуя в интересах Д., обратилась в суд с иском о его компенсации к Министерству финансов Российской Федерации, Главному управлению МВД России по Пермскому краю и Управлению МВД России по городу Перми. Отказывая в иске решением от 17 ноября 2017 года, районный суд города Перми исходил из того, что перечень случаев, когда ответственность за причинение гражданину вреда возлагается на казну Российской Федерации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, приведен в пункте 1 статьи 1070 ГК Российской Федерации исчерпывающим образом и случаи незаконного помещения подростков в специализированные центры для несовершеннолетних правонарушителей этим перечнем не предусмотрены; закрепленных же пунктом 2 данной статьи оснований для возложения ответственности на казну Российской Федерации в связи с виновными действиями судьи также не имеется, поскольку вина судьи в деле Д. приговором не установлена.
Определением судебной коллегии по гражданским делам краевого суда от 14 февраля 2018 года апелляционная жалоба гражданки А. на решение об отказе в иске оставлена без удовлетворения. В передаче ее кассационных жалоб на состоявшиеся судебные акты для рассмотрения в судебном заседании судов кассационной инстанции отказано. При этом отмечено, что незаконность помещения Д. в Центр не подтверждена, освобождение из данного учреждения произведено не по реабилитирующим основаниям, а потому суды первой и апелляционной инстанций правомерно отклонили требования истицы о компенсации морального вреда.
По мнению заявителя (гражданки А.), оспариваемые положения Гражданского кодекса Российской Федерации противоречат статьям 15 и 17 Конституции Российской Федерации, поскольку не допускают возможности возмещения несовершеннолетним вреда, причиненного незаконным помещением в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел, независимо от вины должностных лиц органов государственной власти, а статья 22 Федерального закона "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних" не соответствует статьям 19, 22, 47 и 49 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой позволяет судам принимать решения о помещении несовершеннолетних в эти центры в отсутствие законодательного регулирования такого вида судопроизводства, что создает правовую неопределенность при последующем рассмотрении дела о компенсации морального вреда.
Между тем, как следует из представленных заявителем судебных актов, в деле о помещении ее ребенка в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей пункт 1, подпункты 1, 2, 3, 5 и 6 пункта 2, подпункт 1 пункта 3, абзац первый пункта 4, пункты 5, 7, 7.1 и 8 статьи 22 Федерального закона «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» не применялись, в связи с чем производство по настоящему делу в этой части подлежит прекращению в силу пункта 2 статьи 43 и статьи 68 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».
Стоит отметить, что должностные лица центра уполномочены проводить в целях выявления и изъятия предметов, запрещенных к хранению в центре, личный осмотр несовершеннолетнего и его вещей перед его помещением в центр, а также ежедневные осмотры территории центра, спальных, бытовых, других помещений и находящегося в них имущества. Личные вещи (деньги, валюта зарубежных стран, ценные бумаги, документы, удостоверяющие личность, фотоаппараты, фото-, аудио-и видеоматериалы, аудио-и видеозаписывающая техника, средства связи, электробытовые и оптические приборы, лекарственные вещества, предметы медицинского назначения и другие вещи, не изъятые из оборота или не ограниченные в обороте в соответствии с законодательством) в установленном порядке сдаются ответственному за их хранение должностному лицу центра и хранятся до истечения срока содержания несовершеннолетних. Режим дня составляется с учетом круглосуточного пребывания несовершеннолетних в центре, отдельно для учебного времени и времени каникул. Несовершеннолетние находятся под круглосуточным наблюдением должностных лиц центра в условиях, исключающих возможность самовольного ухода и совершения правонарушения.
Указанные особенности режима пребывания в центре позволяют рассматривать нахождение там как лишение свободы в конституционно-правовом смысле. Этот вывод согласуется с позицией Европейского Суда по правам человека (например, Постановление от 23 марта 2016 года по делу «Блохин (Blokhin) против России»).
Ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда, в качестве особого вида деликтных обязательств регламентирует статья 1070 ГК Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный гражданину в результате незаконных осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, - казны ее субъекта или муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 1).
Независимо от вины причинителя вреда осуществляется, в силу статьи 1100 данного Кодекса, компенсация морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконных осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац третий).
По смыслу приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и исходя из конституционного принципа равенства и тесно связанного с ним конституционного принципа справедливости, оценивая в качестве основания для возмещения государством вреда, причиненного незаконными актами правоохранительных органов и суда, конкретную меру государственного принуждения, хотя и не обусловленную привлечением к уголовной или административной ответственности, но представляющую собой, по сути, лишение свободы в его конституционно-правовом смысле, надлежит учитывать сущность этой меры и порождаемые ею последствия для гражданина. На помещение в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел распространяется единый режим гарантий предусмотренного статьей 22 Конституции Российской Федерации права на свободу и личную неприкосновенность, что предполагает и общность компенсаторного механизма, используемого при выявлении незаконности этой и соотносимых с ней мер с точки зрения оснований или условий их применения.
Таким образом, возмещение несовершеннолетнему вреда, в том числе морального, независимо от вины должностных лиц правоохранительных органов и суда в случае признания незаконным его помещения в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел. При определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать продолжительность нахождения в указанном центре, условия содержания в нем и условия проживания несовершеннолетнего в семье, возможность продолжения учебы, контактов с родителями, а равно иные обстоятельства, касающиеся примененных правоограничений, имея в виду их негативное или позитивное влияние на несовершеннолетнего.
В связи с произошедшим, в данный момент времени вынесенные по данной жалобе судебные акты подлежат пересмотру в установленном порядке.
