4 истины

Однажды мой психолог рассказал мне о четырёх постулатах экзистенциальной психологии, которые должен принять в своей каждый человек, чтобы начать существовать свободно и осознанно: смертность, одиночество, бессмысленность, свобода как выбор.

В двадцать пять лет я впервые полюбил по-настоящему. В двадцать шесть лет, докуривая сигарету на кухне, я вдруг понял, что мое принятие оказалось фальшивкой. Любовь отобрала у меня то, к чему я так долго стремился. Я сидел, слушал, как она смеется над ютуб-роликом, и боролся с навернувшимися слезами.

Любовь заставила меня забыть, что я одинок, что каждый человек рождается и умирает в одиночестве. Я самозабвенно заворачивался в чужое принятие, не высовывая даже кончик носа. Словно был я и мир, а ещё была она, всегда стоящая рядом, держащая за руку.

Полюбив, я уверовал в бессмертие. Не бессмертие души или тела, а бессмертие чувства. Я любил, меня любили в ответ, и смерть отступала, огромное, всепоглощающее чувство заслонило ее от моих глаз. Но смерть - константа, что испокон веков подстерегает за углом. И моя возлюбленная была смертной, несмотря на наши чувства.

Я задрожал, вскочил с покосившейся табуретки и обвел кухню беспокойным взглядом. Я искал глазами старуху с косой, но только тень разделяла мое отчаяние. Я был одинок в своём ужасе, в то время как она заливалась смехом. Я почти видел, как она закидывает голову, широко улыбаясь. И я вдруг разозлился на нее за то, что она не разделяет мою боль, когда мне это так нужно…

Меня захлестнул гнев, я ходил по кухне, нервно размахивая руками, и злился, злился, злился: на своего терапевта, на неё, на себя, на человечество, на смерть и на жизнь.

-Зачем? - я замер, страшная мысль появилась в эту секунду в сознании и заполнила собой пространство моего скрученного судорогой отчаяния мозга.

-Родной, ты что-то сказал? - ее голос, из которого еще не пропало журчание смеха, донесся до меня эхом чуждого мира.

-Нет, милая. Это я сам с собой!

Я молчал и пытался осмыслить то жуткое, что породило мое сознание - чувство, что все это бессмысленно. Бессмысленность самой жизни не приносила мне дискомфорта уже давно, но что, если любовь моей жизни бессмысленна? Неужели это лишь обман, игра с самим собой в прятки, и, на самом деле, все это равно пустоте.

Я обессиленный упал на табуретку, рыдания рвали мою грудь изнутри бешенными псами. Я опустил голову, закрыл лицо ладонями и вдруг новое осознание опьянило меня. Я вскочил, оттолкнувшись от пола со всей силы, словно собирался взлететь. Я выбежал из кухни, бросился на кровать рядом с ней, прижался лбом к ее плечу. Она посмотрела на меня внимательно, но промолчала, только погладила аккуратно по волосам. А я дышал, стараясь побороть счастливые слезы, я вспомнил о свободе, я вспомнил о выборе. Даже если мы обречены на то, чтобы быть одинокими, даже если жизнь наша конечна и даже любовь не способна наполнить ее смыслом, за которым можно спрятаться и который утешит в любой беде, я все еще выбираю любить ее.