В Лувре «проворонили» «Мону Лизу»: о том, как похищения века могло и не произойти, если бы не доблес

21 августа 1911 года из парижского Лувра был похищен «Портрет госпожи Лизы дель Джокондо», он же портрет Лизы Герардини, супруги торговца шёлком из Флоренции Франческо дель Джокондо, написанный Леонардо да Винчи (ок. 1503—1505 гг). Весь мир знает эту картину как «Мона Лиза» или «Джоконда».

Как же случилось это дерзкое похищение?

Кто посмел?

Как не уследили?

Эта дерзкая кража вошла в список преступлений века больше не из-за виртуозности преступника, а из-за непрофессионализма полиции, занимавшейся расследованием похищения. И вот как это было.

22 августа 1911 года всемирно известный музей Лувр был внезапно закрыт. Официальная причина: ремонт водопровода. Но когда в Лувр прибыл целый наряд полиции, ремонт водопровода приобрел явную криминальную окраску, и информация о пропаже легендарной картины «Мона Лиза» Леонардо да Винчи просочилась в народ. Так, только спустя сутки была обнаружена пропажа самой знаменитой картины в мире. Справедливости ради следует сказать, что пропажу картины могли обнаружить и гораздо позднее, если бы на следующий день после похищения в Лувр не пришел художник-реставратор Луи Беру, чтобы сделать копию «Джоконды» и не обнаружил пропажу. Беру сообщил об отсутствии картины охране, но те лениво заметили, что картину, скорее всего, сняли, чтобы сделать рекламные фото. Несколько часов художник-реставратор пытался достучаться до дирекции музея.

Леонардо да Винчи, «Портрет госпожи Лизы дель Джокондо»

Почти двести квадратных метров Лувра были прочесаны полицией, и в конце концов где-то на служебной лестнице нашли раму от «Моны Лизы». Стоит ли говорить, что директора Лувра по фамилии Омоль, еще на днях бахвалившегося, что «проще из Парижа похитить Нотр-Дам, чем вынести «Джоконду» из Лувра», с треском лишили должности, но гордость Франции была серьезно уязвлена. Французский народ негодовал: «Что теперь украдут? Эйфелеву башню?».

Правительство закрыло границы страны, чтобы не допустить вывоза картины за пределы Франции. Парижские газеты начали выдвигать такие версии случившегося и так изобретательно строить догадки, что варианты, кто бы мог похитить картину, иногда перекрывали здравый смысл. Обвинение пало и на французское правительство, и на германского кайзера Вильгельма II, и на российских жандармов, и на анархистов, и на миллионеров, и на художников-авангардистов, и на душевнобольных. Был арестован даже поэт Гийом Апполинер, который когда-то имел неосторожность сказать фразу: «я с удовольствием сжёг бы Лувр», был арестован Пабло Пикассо, который, по мнению полиции, «мог украсть картину для возбуждения персонального вдохновения». Но похититель не был никем из вышеперечисленных.

1911 год. Пустая стена, где висела «Мона Лиза».

Кем он был?

Почему загадку похищения «Джоконды» разгадывали так долго, а саму картину только через два года удалось вернуть на законное место?

Следствие вел Альфонс Бертильон, на тот момент лучший сыщик Франции. Первый, кого он начал подозревать, был тот самый директор музея и его сотрудники. Этот знаменитый сыщик делал ставку на антропометрический метод, то есть предпочитал измерить рост, длину конечностей и объем головы подозреваемых, нежели прибегнуть к методу, например, дактилоскопии. Поэтому ушло очень много времени, чтобы сверить предполагаемые данные преступника с подозреваемыми и сотней тысяч преступников, находящихся в картотеке.

Если бы Альфонс Бертильон не был таким ярым противником антинаучного, как он считал, метода дактилоскопии, то картина была бы найдена гораздо раньше: на рамке остался след краски, а на нем – отпечаток пальца преступника. Казалось бы, чего уж проще? И отпечаток пальца в базе полиции был, потому что похититель картины раньше имел проблемы с законом: он принадлежал одному из сотрудников Лувра – сезонному работнику, гастарбайтеру по-нашему.

Винченцо Перуджа. Лист из уголовного дела.

Похитителя звали Винченцо Перуджа – этот парнишка родом из Италии, стекольщик, устроился на работу в Лувр незадолго до похищения: музей заказал итальянскому мастеру защитный экран для «Моны Лизы». Доступ к картине парень имел свободный, поэтому дождался понедельника, когда в музей не пускают посетителей, спокойно снял картину со стены, вынул ее из рамы и унес.

Тем временем в прессе накалялись страсти: журналисты кричали, что похищение «Джоконды» — это провокация, что по поручению кайзера у французов украли их гордость и святыню, чтобы унизить весь французский народ. Немцы в ответ кричали, что французы пользуются собственной безалаберностью, чтобы развязать войну с Германией, а сами не способны даже уследить за великим полотном в самом сердце Парижа. Среди прочих упоминался и миллионер-коллекционер Эдуардо де Вальфьерно из Аргентины, который незадолго до происшествия заказал целых шесть копий великой картины. Сам де Вальфьерно под шумок распродал все шесть копий, утверждая, что это и есть украденный оригинал. И, кстати, причастность Эдуардо де Вальфьерно к похищению так и не была опровергнута: есть мнение, что он был заказчиком похищения, а виновник Винченцо Перуджа – всего лишь исполнителем. Эдуардо де Вальфьерно сказочно разбогател на продаже копий, после чего скрылся.

Преступление удалось раскрыть после того, как итальянский воришка попытался избавиться от украденной картины: видимо, заказчику, заработавшему на копиях невероятные деньги, оригинал был больше не нужен. Через два года после похищения антиквар из Флоренции получил письмо из Франции, в котором ему предлагалось купить оригинал «Джоконды». Антиквар предложил автору письма встретиться во Флоренции, и во время этой встречи молодой итальянец заявил, что сделал это, потому что считал справедливым вернуть на историческую родину картину, которую когда-то похитили французы. Антиквар установил подлинность картины и, конечно, сообщил об этом полиции.

Сейчас «Мона Лиза» находится за пуленепробиваемым стеклом в Лувре.

Своей вины Винченцо Перуджа не отрицал. Он утверждал, что цель у него была только одна: восстановить историческую справедливость. Флорентийский суд проникся такой страстью парнишки и смилостивился, приговорив его всего к одному году заключения. После суда «Джоконду» не вернули в Лувр сразу, а в течение полугода выставляли в крупнейших музеях Италии, и только после этого «Мона Лиза» вернулась в Лувр.

Кстати сказать, до сих пор ходят слухи, что в Лувр вернули вовсе не оригинал, а как раз одну из копий, и именно поэтому преступник получил такой достаточно мягкий приговор: за сбыт копии картины.

источник