Психоделика в литературе

Психоделические тексты обладают целевыми энергетическими направлениями на психику и подсознание читателя. Но нельзя путать их с нейролингвистическим программированием. Здесь происходит более сложный механизм взаимодействия слова с гиперчувствительностью нервной системы на очень тонком, едва уловимом уровне.

Казалось бы, обычное стихотворение, набор слов, рифм и фраз, а в подсознании человека возникает нечто особенное, трехмерное. Стоит помнить, что при этом никакого химического вторжения в организм не происходит.

Не существует никаких специальных приемов по созданию психделических стихотворений, здесь все – на уровне интуиции. Но есть основные моменты, которые вызывают этот необыкновенный пси-эффект, который помогает ворваться в стихию психоделики.

Психоделические произведения имеют две основные характеристики. Трансфиксия и экспрессия.

Трансфиксия помогает читателю погрузиться в статичный омут, создается эффект присутствия, как в сказке про Золушку, где фея-крестная отправила всех в «Волшебную страну».

Когда у читателя возникает реальная зримость картинки, то эффект трансфиксии выполнен на достаточно высоком уровне.

Экспрессия же подразумевает под собой сильный энергетический поток, огромную эмоциональность, как правило, с парадоксальным финалом.

Психоделические произведения умело сочетают в себе как трансфиксию, так и экспрессию, они умело переплетаются и в сочетании вызывают эффект трансгрессии. Сознание переходит в измененное состояние. Таким образом возникает так желаемый и обожаемый читателем пси-эффект. Такое состояние подобно катарсису.

Что интересно, подобные изменения сознания независимо от психологического состояния и особенностей организма обычно вызывает один и тот же участок текста.

Психоделические произведения обладают некой магической силой, когда читатель благодаря узорам слова и строгой системе, которую смог построить автор, попадает в тесный мир взаимодействия с текстом.

Уникальными психоделическими произведениями являются стихи Черного Георга.

Лес зловещ и ночь темна. Стонут старые деревья...

Медленно взойдёт луна над заброшенной деревней.

Только шорохи сверчков, да зрачков зелёных отсвет.

Шею изогнув крючком, вяз корявый кожу сбросит.

Вдруг заухает сова. Глухо, замогильно, жутко –

непонятные слова донесутся... Крякнет утка.

Ты, кто никого не съест, – для чего явился, глупый?

Видишь? – Ни души окрест. Слышишь? – Кто-то точит зубы.

В тростниках вода дрожит, но гуляет там не ветер.

Низко, странно крикнет выпь. Вой за лесом ей ответит.

Кто крадётся за тобой в темноте, на мягких лапах?..

Ловит задранной губой твой дразнящий, тёплый запах...

Ты в мои пробрался сны... Что ж! Теперь пугаться поздно.

Оставайся до весны – пищей для жуков навозных.

И когда луна взойдёт над пустой деревней выше,

кот, – гигантский чёрный кот с мертвецом в зубах, на крыше,

когти-крючья оголив, но на вид вполне спокойный,

спросит – голосом моим:

“Ну, теперь с тебя довольно?”

Если попробовать проникнуть в коридор психоделики, то при прочтении подобных произведений возникнет острота взаимоотношений с самим с собой и произойдет утверждение собственного взгляда на пси-эффект стихотворения.

Попробуйте уловить эту тонкую грань и оказаться на вершине психоделического изменения сознания.