Почему мне не стыдно за Первый канал. Три аргумента в защиту Константина Эрнста

Смотрю Первый канал, потому что там нет Скабеевой. Шутка. Но как известно, в каждой шутке можно найти долю правды.

Если верить сообщениям СМИ, карьера Константина Эрнста как многолетнего теленачальника Первого канала близка к завершению. Правда это или нет, скоро узнаем. Пока же хочу высказаться о том, почему не спешу присоединяться к тем, кто огульно ругает «первую кнопку», не замечая плюсов в работе Константина Львовича.

Ругать Первый канал за то, что он в нынешние времена с утра до вечера пичкает телезрителей пропагандой – это всё равно как упрекать менеджера магазина за выставленный на прилавках товар. Первый канал контролируется государством, и с этим ничего не поделаешь. Независимого от власти ТВ на сегодняшний момент в стране нет. Это просто нужно понимать.

Я готова ругать «Россию 1» за Скабееву и Соловьёва, но не хочу кидать камни в Эрнста хотя бы за его заслуги перед российским телевидением.

Сейчас объясню, что имею в виду.

1. В Константине Львовиче (по крайней мере до 24 февраля) удивительным образом уживались творческий человек, расчётливый делец с великолепным чутьём на конъюнктуру и государственный чиновник.

Он точно знал, чем можно заинтересовать современного зрителя и понимал, на какую публику рассчитан создаваемый им телепродукт. Эрнст неоднократно говорил, что сам бы как потребитель не стал смотреть многие первоканальные передачи, но его многочисленная аудитория получает то, на что есть запрос. Вы можете сколько угодно ругать «Пусть говорят», «Мужское и женское» и «Давай поженимся», но у этих телепроектов были запредельные рейтинги. Было бы иначе – их бы уже через месяц не оказалось в эфире.

И не надо здесь рассказывать, что эти передачи якобы оболванивали телезрителей. Оболванить можно того, кто сам хочет и готов оболваниваться. Прочие всегда найдут кнопку переключения на пульте от своего телеящика. Но дело в том, что Первый канал Эрнста – это не только вышеперечисленные ток-шоу. Это ещё и замечательные документалки о Сахарове, Шпаликове, Ахматовой, Мандельштаме и Галиче, последний концерт Цоя и дни Высоцкого. Пусть многое в ночном эфире, но тем не менее оно было. И за это спасибо Эрнсту. Он ведь до последнего пытался отстоять уже опального к тому времени Парфёнова, показывая его фильмы. Давал эфиры Познеру, передачи которого называли «фигой в кармане». Ох, непросто же было Константину Львовичу.

2. Как бы ни ругали Первый канал, но именно он делал революцию в постсоветском телевидении, пробовал новые форматы и расширял телевизионные горизонты.

Рискованно, не без ошибок и провалов, да. Но, как известно, не ошибается тот, кто ничего не делает. «Первая кнопка» успешно раскручивала форматы, которые затем с готовностью подхватывали телеканалы-конкуренты. «Старые пенсии о главном», «Последний герой», «Фабрику звёзд», «Большую разницу» и «Вечернего Урганта» мы помним до сих пор и, ностальгируя, пересматриваем в интернете. «Первая кнопка» запускала моду на ледовые шоу и вокальные конкурсы.

А ещё Эрнст, всю жизнь мечтавший снимать кино, как продюсер стал первым делать кассовые блокбастеры. Можно спорить об их качестве, но они, активно раскручиваемые Первым каналом, вернули зрителей в кинотеатры на заре «нулевых». И здесь Константин Львович позволял себе эксперименты, которые сегодня кажутся обыденностью, а в то время просто-таки потрясали воображение.

3. Извините, но Первый канал Константина Эрнста – больше, чем просто ТВ. Уже потому что он делал историю. Как вы могли догадаться, я сейчас о церемониях открытия и закрытии Олимпиады в Сочи.

Это тоже заслуга Эрнста, которую сложно переоценить. Гигантский труд, результатом которого стал красочный спортивный праздник, увиденный всем миром. Такие вещи запоминаются навсегда.

Уйдёт ли Эрнст в ближайшее время со своего поста или нет, но при всех многочисленных претензиях к Первому каналу перечёркивать заслуги его руководителя считаю неправильным. Надеюсь, вы со мной согласитесь.