Право быть собой. Глава 4: Цена правды

День медленно перетекал в обед. Андрей бесцельно бродил по городу, наблюдая за людьми новым взглядом. Вот молодая мать с истерично кричащим ребенком натянуто улыбается прохожим, хотя в глазах усталость и раздражение. Вот офисный работник говорит по телефону неестественно бодрым голосом, а плечи опущены. Маски, маски, маски...

Телефон снова завибрировал. На этот раз звонила Вера Николаевна, его постоянная клиентка последних трех лет.

- Андрей Михайлович, я в отчаянии! Муж опять... - её голос дрожал.

Обычно он бы мягко успокоил её, назначил внеплановый приём. Но сегодня...

- Вера Николаевна, - его голос прозвучал неожиданно твёрдо. - Мы с вами работаем три года. И три года вы рассказываете одну и ту же историю. Ваш муж пьёт, изменяет, унижает вас. Мы оба знаем, что нужно делать. Но вы не хотите ничего менять.

В трубке повисла тишина.

- Как... как вы можете... - начала она.

- Могу. Потому что это правда. Я устал играть роль мягкого психолога, который будет бесконечно слушать одно и то же. Либо вы действительно хотите изменить свою жизнь, либо... найдите другого специалиста, который согласится поддерживать ваше желание оставаться жертвой.

Он нажал "отбой" и глубоко вздохнул. Руки дрожали. Только что он, возможно, потерял клиентку. И точно нарушил все правила профессиональной этики.

"Наблюдение 5: Говорить правду страшно. И больно. Обеим сторонам".

К вечеру он добрел до своего любимого парка. На скамейке сидела пожилая женщина, кормила голубей. Что-то в её лице показалось знакомым.

- Андрей? Андрей Савельев? - женщина прищурилась. - Боже мой, это же ты! Помнишь меня? Я Анна Павловна, твоя учительница литературы!

Конечно, он помнил. Любимая учительница, которая верила в его писательский талант. Которой он обещал написать книгу...

- Здравствуйте, Анна Павловна, - он присел рядом.

- Как ты? Чем занимаешься? Написал что-нибудь?

Обычно в такой ситуации он рассказывал об успешной практике, о том, как помогает людям. Но сегодня был день без масок.

- Я стал психологом. Неплохо зарабатываю. Помогаю людям... наверное. Но знаете, я так и не написал ни строчки. Предал свою мечту. Испугался, наверное.

Анна Павловна внимательно посмотрела на него:

- Знаешь, в чем разница между "тогда" и "сейчас"? Тогда ты боялся не написать. А сейчас ты честно признаешься в своём страхе. Это уже что-то.

- Думаете, не поздно начать?

- Поздно - это когда умер. А ты, я смотрю, только начинаешь жить.

Он достал блокнот:

"Наблюдение 6: Возможно, правда - это не только про честность с другими. Это про честность с самим собой".

Домой он вернулся затемно. В почте ждало письмо от Веры Николаевны. Он долго смотрел на него, прежде чем открыть:

"Андрей Михайлович, я подала на развод. Вы правы. Хватит прятаться за красивыми словами о терпении и всепрощении. Спасибо за пощёчину. Она была нужна".

Он откинулся в кресле и закрыл глаза. День выдался изматывающим. Но впервые за долгое время он чувствовал себя... настоящим?

В дверь позвонили. На пороге стоял Дима.

- Я же сказал, что сегодня не...

- А я не спрашиваю, - перебил друг, проходя в квартиру. - Что происходит, Андрей? Колись.

И вдруг захотелось рассказать. Всё как есть. Про маски, про эксперимент, про страх и свободу.

"День первый подходит к концу", - подумал Андрей, глядя на друга. - "Интересно, что принесёт день второй?"