В чем подозревают красноярских полицейских?

По-моему подозревать в наше время становится модно. Под подозрение попадают не только красноярские блюстители порядка но и все силовые ведомства и даже уже давно. Воровать в стране по-прежнему тоже не менее модно, а как иначе, если ты не принадлежишь или не связан с серьезными дядями и тетями в форменной спецодежде, то украсть тебе так ничего и не удастся. У кого есть что возразить, давайте поспорим.

«Деньги пропали в изоляторе»

Вот «грозная» для расхитителей общенародного добра РГ в № 44 от 01.03.2018 г. в очередной раз «радует» дорогих читателей заметкой «Деньги пропали в изоляторе». Расскажем коротко суть дела.

Два высокопоставленных мента решили немного подзаработать, но так как всю сознательную жизнь прослужили «верой и правдой» в правоохранительных органах, то воровать не научились. Учиться незавидному ремеслу в их ведомстве не у кого, а корыстный умысел ведь не выбирает, вот пришел в голову и спать не дает. Укради мол с работы хоть что-нибудь.

Осмотрелись они вокруг руководящего стола, а там и красть нечего, одни указания из центра по усилению борьбы и приказы из Москвы по мобилизации усилий. Но вот среди вороха бумаг, создающих высокоинтеллектуальный рабочий беспорядок, попадает на глаза бумажка, по которой красноярским ментам выделяется 200 млн рублей на строительство изолятора. Старый шибко прохудился, был построен в 1954 г. в полуподвале жилого дома, да и строился наверное заключенными и на радостях по потере «отца народов» и самого шефа тюремного ведомства.

Погоревав для порядка по безвременно ушедшим и пока живым, но содержащимися в недостойных условиях согражданам, возможно, за чашкой чая решили замначальника ГУ МВД по Красноярскому краю генерал-майор Александр Кузнецов и замначальника тыла того же ведомства Андрей Петрученя не откладывать дело в долгий ящик, а приступить сразу к дележу наших, т. е. уже «ихних» денег.

Так как оба они были замами, то оригинальностью замыслов решили не отличаться, а оригинальные разработки оставить на потом, когда станут первыми, и тогда тоже нужно будет чего-нибудь строить.

Свои строители на примете у них, конечно же, были – из бывших сослуживцев, не вынесших на своих плечах всех тягот и лишений нелегкой службы и ушедших по этой причине в народное хозяйство. Один капитан ушел прямо в строительную бригаду каменщиков и не вернулся. В общем решили не мудрствовать и дифференцировать процесс освоения внезапно выделенных добрым государством денег. А из старого полуподвала с надеждой выглядывали арестованные преступники...

Стройка, как известно, – дело хлопотное и воспетое еще незабвенным Аркадием Райкиным, который дело видел так: кирпич есть – раствора нет, раствор есть – кирпича нет. Что-то подобное неизменно преследовало и стройку 21 века: 200 млн выделенных «средствов» лежали и изнывали без освоения. Кто такую пытку придумал, век бы ему свободы не видать, да еще из полуподвала норильского изолятора 1954 г. выпуска.

Как-то один из сложившейся и уже спевшейся правоохранительной группировки сказал задумчиво: «Да!», намекая на финансовую сторону вопроса. Строитель плакал и умолял дать ему больше, но после намека на то, что прокурор в этом ему не откажет, аппетиты умерил и послушно кивал.

Как уверяет автор газетной заметки, за перепавшие ему с барского стола 10 млн рублей, он сумел выкопать котлован и забить сваи. На все остальное пришлось тоже забить, так как неожиданно все выделенные деньги почему то закончились. Остались только акты, подписанные полицейскими начальниками, по которым новый изолятор, «сверкающий свежестью и евроубранством» готов был распахнуть приветливо двери перед истосковавшимися постояльцами.

Двери распахиваться не захотели по причине их отсутствия, и пока остается загадкой, кто, как и при каких обстоятельствах наткнулся на эту «довольно сложную» до «гениальности» махинацию.

Концы в воду?

Ментам казалось что все концы надежно спрятаны, свидетели отсутствуют, доказательств нет, умысел не обнаруживается, и можно спать спокойно. Но оставался строитель, тот, что забил сваи и забил на все остальное. Вот его и решили посадить – так, на всякий случай. Может и задумка была такая, но кто ж сейчас это докажет, тем более мент – менту.

Тем не менее, к строителю отнеслись очень даже гуманно. Это я говорю для тех, кто обвиняет нашу правоохранительную и судебную систему во всех грехах, а она оказалась совсем даже не такая, а гуманная. Судите сами, по статья 159 часть 4, за 200 млн ущерба (пардон 190 млн, 10 млн честно заработаны) виновный строитель получает 1,5 года от максимума в «десятку». УДО светит через 9 месяцев. Вроде как бы счастливый конец по теории жанра. Но тут дело берут к рассмотрению сотрудники собственной безопасности...

Но нам необходимо иметь в виду что акты подписывались в 2012 г., результаты проверки СБ были переданы в СК в 2015 г., а заметка в РГ вышла в 2018 г. Но, как заявляет скромница старший помощник руководителя СУ СКР по Красноярскому краю Ольга Шаманская: «…все это время мы потратили на тщательный сбор доказательств, достаточный для возбуждения уголовного дела...»

Щеки у нее стали пунцовыми и очевидно для того, чтобы не обидеть кого-либо она добавила: «…необходимости ходатайствовать перед судом об аресте пока не имеется…» Это все, что касается по существу с небольшими лирическими отступлениями, а все, что ниже – не по существу, но по делу.

Другие случаи

Представитель СО СКР врет, и никаким сбором с 2012 по 2015 г.г. они не занимались. Вот строителя-затейника осудили достаточно быстро, а тут – сами понимаете… В следственном органе Бастрыкина должно быть хорошо известно, что предварительное расследование ставит целью установить наличие состава преступления. А такой состав уже был установлен приговором строителя: зафиксировано, что котлован с забитыми сваями имеется, а денег в сумме 200 млн на счете нет.

Согласно общим представлениям, у нас тот, кто борется с расхитителями собственности, сам воровать не должен. Обуревают неприглядные мысли, а не одно ли это ОПС действует. Почерк уж больно идентичен. Где-то в Питере при строительстве СИЗО в Крестах на том же и по такой же схеме облажались, но уже высокопоставленные начальники из УФСИН. А их бывший начальник наступал на те же грабли, когда затейничал по оснащению ведомства противоугонными браслетами. Опыт передать не успел.

Да что там говорить, те же высокопоставленные коллеги но только из соседнего конкурирующего ведомства СК РФ, за полмиллиона американских дензнаков от вора в законе «Шакро молодого» подрядились на сверхурочных работах переквалифицировать дело его подопечного на более легкую статью, а затем отпустить, и с этим делом наверняка бы справились, так как, очевидно, опыт имеется.

Вот и бывшая завхоз Красноярской ССПИ также не смогла придумать ничего лучше, как закупать канцпринадлежности для родной службы через фирму родного же сына и по цене в 3 раза превышающей реальную. Таким немудреным способом ей удалось обмишурить родное ведомство на 700 тыс. рублей.

Заметка в малоуважаемой газетке, несмотря на свою оптимистичность, провоцирует в это не верить.

Во-первых, как-то примитивно строятся все денежно-отъемные комбинации. На поверхности нам дают факты примитивно-банального воровства, за которыми могут скрываться более интересные моменты.

Во-вторых, вся система управления в стране построена таким образом, чтобы все были на «крючке».

В-третьих, сам факт совершения экономических преступлений при наличии в составе профильных оперов и следователей наталкивает на мысль, что, если они под носом не видят и не могут противодействовать совершаемым преступлениям, то как они могут увидеть дальше своего обшарпанного письменного стола? Остается только выполнять указания вышестоящего начальства.

Выводы и подозрения

А сейчас я «умную вещь скажу, только вы не обижайтесь» (с). Зачем ментовскому ведомству деньги в сумме 200 млн руб, пусть и на строительство так необходимого тюремного дома?

Проблемы обманутых дольщиков им знакомы не по наслышке. Наследие социалистического прошлого на этот счет однозначно свидетельствует и рекомендует систему Промстройбанка. Это когда выделенное финансирование находится в банке и он оплачивает только выполненные работы согласно форме № 2, осуществляя к тому же и свою банковскую проверку выполненных объемов.

В отсутствии подобной системы усматривается нежелание системно решать проблему, а наоборот – именно так позволяет воровать бюджетные средства и подозревать всех.

Закрадываются подозрения и в том, что полицейский полковник Захарченко воровал свои 9 млрд. Как-то неправильно. Для того чтобы купить квартирки всем любовницам и родственникам, необязательно насобирать 9 млрд и хранить их в коробках в одной из квартир, гораздо рациональнее воровать по потребности. А так по коробкам Захарченко и нашли, но лучше бы было, если бы нашли тех, кто потерял такие деньги. Кто-то даже склонен подозревать, что Захарченко формировал начальный капитал. И с этим согласиться нельзя. Зачем ему первоначальный капитал при отсутствии какой-либо внятной бизнес-идеи.

Похоже она у нас у всех одна (и это тоже подозрение) – прорваться к какой-либо должности… и закупать писчую бумагу для отчетов в три раза дороже.