У сенаторов больше нет неприкосновенности

Системная зачистка коррумпированных элит является одним из обязательных условий возрождения России.

В древние времена «corruption» означало разложение, продажность, вымогательство и шантаж. В современном мире коррупция дополнилась взяточничеством, мошенничеством, злоупотреблением властью, подкупом, растратами и отмыванием средств. Иными словами, понять, что в нашей стране существует коррупция отнюдь не сложно, куда сложнее определить ведется ли с ней борьба.

Путаница в данном вопросе проистекает из того, что обычные люди и люди, напрямую занимающиеся коррупционной чисткой, видят эту проблему с разных сторон. Для простого обывателя наличие борьбы определяется регулярностью и постоянством упоминаний в прессе. Для правоохранителей куда важнее завести в течение года не массу дел, а совершить один или два по-настоящему крупных ареста. Подобное расхождение активно используется пятой колонной для нивелирования успехов антикоррупционных дел сведением ее к якобы «ничего не значащим единичным случаям».

На самом же деле чиновники, возглавляющие коррупционные схемы, совершенно не боятся массовых арестов и чисток на местах. Каким бы не был медийный эффект от большого числа мелких процессов, «чистка» низовых элит никогда не решает коррупционный вопрос. Совсем другое дело, когда процесс начинает вестись в верхах государства.

Суть в том, что коррупция в нашей стране работает по принципу пирамиды. И если некий региональный чиновник с высокими амбициями и финансовыми возможностями желает получить более высокий пост, ему необходимо заплатить посреднику крупную сумму. Местный получатель денежных средств не имеет права распоряжаться ими полностью. От трети до половины полученных им сумм он обязан перечислять вышестоящим столичным покровителям. Если же перетекания средств от региональных коррупционеров к бенефициарам в Москве не состоится, первому человеку не позволят занять свой пост, а второй не обогатится.

Понимая этот незамысловатый механизм становится совершенно ясно, что борьба с коррупцией на местах никакой отдачи не несет. Низовых исполнителей попросту заменяют другими, а головная схема продолжает существовать. Лишь вертикальное решение вопроса позволяет раскрутить всю нижестоящую цепочку полностью. И именно этот аспект является ключевым в ответе на то, ведется ли в России коррупционная чистка.

Ранее сенаторы, министры и прочие люди, возглавляющие верхушку пирамиды, считали себя неприкасаемыми на все времена. Клановый консенсус конца 90-х полностью их в этом уверил. В рамках достигнутой на тот момент договоренности предполагалось, что «разборки» могут вестись исключительно на низовом уровне, в то время как работа правоохранителей полностью блокировалась в верхах.

С началом санкционного давления и начавшихся попыток Запада заморозить средства российской элиты, для здоровых сил Кремля стало очевидно, что Лондон и Вашингтон намерены разыграть старые сценарии через давление на семьи и средства финансовых и политических элит. Заставить их играть против собственного государства.

30 июня 2018 года своим личным Указом Владимир Путин утвердил первый радикальный сценарий по борьбе с коррупцией: «Национальный план противодействия на 2018-2020 годы». В нем Кремль впервые обозначил амбициозные цели. С выходом документа выяснилось, что за нынешними фигурантами процесса следили давно, но задерживать не спешили по определенной причине. Работа стала системной порядка пяти лет назад, тогда же в стране стали разрабатывать «новое» законодательство.

По большому счету война с коррупцией наряду с демонстративным ограничением собственного потребления элиты – наиболее сильный политический инструмент в арсенале властей. Если в нынешнем международном положении начавшийся процесс увольнений и посадок проштрафившихся чиновников продолжит развиваться, люди действительно почувствуют, что государство закручивает гайки равномерно для всех.

Результатом может стать новая солидарность, основанная на преодолении общих трудностей как во времена послевоенного СССР. Чтобы это случилось, борьба с коррупцией должна вестись по-настоящему убедительно. А судя по реакции Запада, «либеральной» жировой прослойки и «независимых» СМИ, тенденции к этому действительно нарастают.