КТО НАЧАЛ ГРАЖДАНСКУЮ ВОЙНУ В РОССИИ.

Часто, в том числе и на этом сайте, встречал обвинения противников СССР, которые утверждали, что именно большевики развязали гражданскую войну и красный террор. 1. Начало революции было относительно бескровным. Из 84 губернских и крупных городов России только в 15 Советам пришлось брать власть в свои руки, прибегнув к оружию. Наиболее известны: вооруженная борьба с юнкерами в Москве, с казаками и юнкерами в Казани, Астрахани. В Москве, юнкера, занимая Кремль, расстреляли сдавшихся им солдат 56-го полка, бои в городе шли в течение недели. 2. Почему разогнали учредительное собрание? Потому что по-другому быть не могло. На первых свободных выборах в России была зарегистрирована явка в 48,44% избирателей. Эсеры получили 40,4% голосов, на втором месте были большевики – 24%, на третьем украинская партия эсеров – 7,7%, кадеты (4,7%) , меньшевики (2,6%), и грузинские меньшевики (1,5%). Логично было образовать коалиционное правительство с преобладанием эсеров и большевиков. Но избранное Учредительное собрание заняло жесткую позицию: никакого присутствия в будущем правительстве Ленина и Троцкого, отказ от ратификации «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», отмена декретов II Съезда Советов. Могли большевики пойти на эти требования, учитывая, что реальная власть находилась в их руках? Власть не берут для того, чтобы отдать её по первому требованию. Депутаты от большевиков и левых эсеров покинули зал, лишив заседание кворума. А что было бы, оставь большевики все как есть? Ничего хорошего. Поджоги усадьб, массовые убийства морских офицеров, расправа над полицией начались именно при Временном правительстве, и справиться с этим оно было неспособно. Этот вариант прослеживается на примере Украинской народной рады, которая пыталась усидеть на двух стульях: с одной стороны использовать социалистическую терминологию и лозунги, с другой не допускать социалистических изменений в обществе. Пришли немцы с гетманом Скоропадским и ликвидировали это правительство. Разгон учредительного собрания был логичным шагом, спасающим Россию от дальнейшего развала и оккупации. Правоту Ленина потом подтвердил Колчак, разогнавший остатки Учредительного собрания, претендовавшие на верховную власть в России. Никому они были не нужны - ни красным, ни белым, ни стране. 3. Начало террора. Одним из первых указов советского правительства была отмена смертной казни. Эта норма продержалась до 5 сентября 1918 года. Не говорю о внесудебных расправах, они были со всех сторон конфликта. Знаменитый «Ледовый поход» (февраль-май 1918-го года) предварялся обращением Корнилова: «Не берите мне этих негодяев в плен! Чем больше террора, тем больше будет с нами победы!». «Пусть надо сжечь пол-России, залить кровью три четверти России, а все-таки надо спасать Россию». Это были не только слова, они подкреплялись конкретными действиями со стороны корниловцев, расстреливали эти отморозки порой до 500 пленных за раз. Из воспоминаний участника похода Николая Богданова: "Взятые в плен, после получения сведений о действиях большевиков, расстреливались комендантским отрядом. Офицеры комендантского отряда в конце похода были совсем больными людьми. У Корвин-Круковского появилась особая болезненная жестокость. На офицерах комендантского отряда лежала тяжёлая обязанность расстреливать большевиков, но я знал много случаев, когда под влиянием ненависти к большевикам, офицеры брали на себя обязанности добровольно расстреливать взятых в плен". Одним из первых проявлений «красного» террора, стали действия левого эсера Михаила Муравьева на Украине в январе-феврале 1918 года. В Полтаве, его солдаты расстреляли 98 юнкеров и офицеров, а в Киеве Муравьев устроил настоящую вакханалию смерти. Общее количество жертв оценивается в 2000 человек. Большевистское правительство Народного секретариата Украины, переехавшее из Харькова, потребовало удаления Муравьева из города, назвав его «вожаком бандитов». Вскоре Муравьев присоединился к левоэсеровскому мятежу, при подавлении которого был убит. Ф. Э. Дзержинский сказал: «худший враг не мог принести нам столько вреда, сколько он принес своими кошмарными расправами, расстрелами, предоставлением солдатам права грабежа городов и сел. Все это он проделывал от имени нашей советской власти, восстанавливая против нас все население. Грабеж и насилие - это была сознательная военная тактика, которая, давая нам мимолетный успех, несла в результате поражение и позор». Здесь начинается интересная игра со стороны защитников «белых». Злодеяния Муравьева они однозначно приписывают большевикам, а вот злодеяния «семеновцев», «дутовцев», «анненковцев» и прочей атаманщины, с которой белые «никак не могли справиться», толкуется ими как неизбежное зло, хотя «семеновцы» массовой резнёй в Оренбуржье отметились одновременно с Муравьевым. Двойные стандарты, однако. 4. Были ли варианты? Из выше сказанного ясно – большевики не были повинны в развязывании гражданской войны. Но можно ли было её избежать если почти половина дееспособного мужского населения России прошло через мясорубку Первой мировой и исчезла легитимная власть? Монархия, при всей усталости от нее страны, была вполне легитимна. И это не большевики её свергли и отправили «святое семейство» в заключение. В России фактически установилась только одна власть – власть силы и оружия. При любом раскладе всё могло закончиться только диктатурой или окончательным развалом. Диктатура могла быть или справа, что произошло в Венгрии и позже в Германии, или слева. Диктатура справа была бы не менее кровавой, но из-за того, что она работала бы на консервацию существовавшего до 1917 года положения, о никакой модернизации общества, промышленности и обороны речи бы не было. Все финансовые излишки присваивались бы «элитой», как она к этому способна видно и сегодня. Значит, следующей Мировой войны Россия бы не пережила. Германии нужны были наши ресурсы – нефть, плодородные пахотные земли и дешевая рабочая сила. Гитлер пришел бы к власти при любых обстоятельствах - запрограммировано Версалем. Большевики, создав СССР, сохранили «империю» и как минимум отсрочили распад страны до более безопасных времен. И не только отсрочили, но и оставили наследство, которое наша «элита» до сих пор до конца промотать не может.