Сергей Левченко - неприкасаемый ?

Стали известны неожиданные подробности организации труда губернатора Иркутской области Сергея Левченко. Накануне Контрольно-счетная палата огласила содержание своей переписки с главой региона, где он указывает на то, что не возглавляет исполнительную власть, и контрольный орган не вправе направлять ему представления об устранении нарушений в исполнительных органах. В чем его собственное предназначение, из переписки ясно не становится.

Это уже не первая демонстрация самоустранения Сергея Левченко от решения региональных проблем. В той же логике – его отказ возглавлять областную Комиссию по чрезвычайным ситуациям: он стал ее руководителем только месяц назад, по прямому указанию Виталия Мутко, работающего на ликвидации последствий паводка в Иркутской области. До того – и во время катастрофических лесных пожаров 2016 года, и апреле-мае 2017 года, когда горели десятки деревень, и в ту неделю в июне 2019 года, когда тонули Нижнеудинск, Тулун, Тайшет и Чуна, от работы КЧС Сергей Левченко был очень далек, возложив все обязанности на председателя правительства Иркутской области, за которого население, между прочим, не голосовало.

Возможно, губернатор видит себя исключительно в качестве лица, презентующего регион за границей и на российских статусных форумах? Всё, что касается VIP-составляющей - особое содержание, на которое идут десятки миллионов рублей в год из бюджета Иркутской области, перелеты бизнес-классом, дорогие автомобили представительского класса, зарубежные поездки – ему подходит, а работа в регионе, «на земле», разгребая административные завалы - нет.

28 июня Контрольно-счетная палата Иркутской области направила губернатору Представление, в котором указала, что в соответствии с планом деятельности провела проверку формирования расходов бюджетных средств на содержание органов власти региона, всего числом 41: аппарата губернатора и правительства, министерств, прочих ведомств, аппарата Законодательного собрания, самой КСП, мировых судей и т.д. В итоге были выявлены нарушения. КСП рекомендовала губернатору содействовать их устранению. В частности, выработать позицию по территориальным органам исполнительной власти.

Дело в том, что два министерства – соцзащиты и лесного комплекса – имеют территориальные подразделения в виде отдельных юридических лиц. Терподразделения, по сути, являются казенными учреждениями, однако в них работают госслужащие. Согласно федеральному закону, госслужащие могут работать только в государственном органе, а не в учреждении. Установив эти правовые нестыковки, КСП рекомендовала внести ясность в правовой статус территориальных подразделений, предусмотрев в областном законе «О системе исполнительных органов власти Иркутской области» возможность создания территориальных органов.

КСП сообщила губернатору, что права некоторых сотрудников исполнительной власти ущемлены – их зарплата ниже, чем должна быть. И речь не только о чиновниках, но и о техническом персонале. (Почему-то при губернаторе-коммунисте пролетариат особенно не жалуют.). Чего не скажешь о приближенных лицах, фонд зарплаты по отдельным должностям аппарата губернатора превышает федеральные нормативы.

КСП рекомендовала навести порядок с должностями основного и вспомогательного персонала, чтобы функции государственной гражданской службы не исполняли люди, не имеющие соответствующей квалификации, которых оформляют не как госслужащих, а на других основаниях. Аудиторы контрольного органа полагают, что раздача должностей может привести к коррупции, поскольку на таких работников не распространяются требования и запреты, которые действуют для государственных гражданских служащих.

Кроме того, КСП рекомендовала урезать расходы на чиновничий аппарат, это связано с требованиями распоряжения правительства РФ, в которых установлен предельный уровень финансирования органов исполнительной власти Иркутской области в размере 2,4%.

Губернатор тянул с ответом почти месяц, но потом, все же, написал: «Полагаю, что представление направлено в мой адрес с нарушением статьи 16 Федерального закона „Об общих принципах организации и деятельности контрольно-счетных органов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований“, поскольку в перечень субъектов, в адрес которых контрольно-счетные органы субъектов Российской Федерации вправе вносить представления по результатам проведения контрольных мероприятий, высшие должностные лица субъектов Российской Федерации не поименованы». Переводя с чиновничьего на русский, это означает, что никто тут не вправе проверять деятельность губернатора, потому что он – высшее должностное лицо.

Но в ответе губернатора даже не это – самое печальное. Далее он написал: «Вопросы, изложенные в представлении, не в полной мере относятся к компетенции Губернатора Иркутской области».

И там же он сообщил, что правительство уже давало КСП какой-то ответ по изложенным в представлении вопросам, так что: «Повторно направлять позицию Губернатора Иркутской области по тем же вопросам считаю нецелесообразным».

Ответа по существу на представление губернатор не дал. А это, в свою очередь, КСП расценивает как нарушение все той же статьи 16 федерального закона, на которую ссылается Сергей Левченко.

Как говорится «ничего личного», контрольный орган вынужден идти по пути буквы закона, и следующая остановка – это составление протокола в отношении губернатора. Теперь КСП дождётся истечения срока судебного оспаривания и уже после этого будет приниматься решение о составлении в отношении губернатора протокола об административном правонарушении по статье 19.5 КоАП – невыполнение в срок законного предписания (постановления, представления, решения) органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль).

Единственная сложность – губернатора с его бесконечными поездками по миру и стране довольно сложно застать на рабочем месте, чтобы уведомить о составлении протокола.

КСП настаивает на том, что представление отправлено законно, проверять губернатора можно: согласно Уставу Иркутской области, в систему органов государственной власти региона входит, в том числе, высшее должностное лицо области – губернатор.

Более того, он заблуждается насчет своего статуса – он не просто «высшее должностное лицо» области, но и глава региональной исполнительной власти. То есть отвечает за всё правительство и организацию его деятельности, а не витает над водами, подобно «высшему должностному лицу мироздания».