Риск утраты единственного жилья при банкротстве – что нужно знать?

Порочная практика

Известно, что нормы ГПК РФ защищают единственное жилье должника от взыскания при банкротстве, за исключением ипотеки. Но законодательство и судебная практика постепенно стремятся к тому, чтобы ограничить пределы жилищного иммунитета. Причина тому – недобросовестное поведение должников и злоупотребление правом, которое ведет к нарушению баланса интересов должника и кредиторов.

Нередки случаю, когда должники вкладывают денежные средства, в том числе неосновательно накопленные, в дорогостоящее элитное жилье, на которое впоследствии как на единственное для них невозможно обратить взыскание. Или должник в преддверии банкротства реализует недвижимость оставляя в качестве единственного пригодного для проживания жилья наиболее дорогое.

При этом попытки финансовых управляющих и кредиторов реализовать дорогостоящее жилье, а должнику предоставить взамен бюджетное не увенчиваются успехом.

История вопроса

Еще в 2012 г. Конституционный суд РФ указал на необходимость решения этого вопроса. А в 2017 г. Минюст разрабатывал законопроект об изъятии «роскошного» единственного жилья у должников в процедуре банкротства. При этом под «роскошным» следовало понимать жилье, которое по своим характеристикам, включая стоимость и площадь, явно превышает уровень, достаточный для обеспечения разумной потребности должника и проживающих с ним членов его семьи. Однако критерии роскошности вызвали много споров, и в Госдуму данный проект не был внесен.

Поэтому баланс интересов пытаются установить суды. И делают они это через установление в действиях должника злоупотребления правом.

Так, в ноябре 2018 года Верховный суд РФ впервые принял решение по делу гражданина о том, что единственное жилье гражданина-банкрота может быть включено в конкурсную массу и реализовано с торгов. Гражданин этот задолжал своему кредитору более 13 млн рублей, при этом имел в собственности единственное жилье – квартиру площадью 198 кв. м и стоимостью 28 млн рублей.

Здесь, как мы видим, стоимость жилья превышает размер долга в 2 раза. И фактически у должника была возможность погасить долг, реализовав дорогостоящее жилья, но не было желания. А если еще учесть, что должник несколько раз пытался подарить 5-комнатную квартиру близким родственникам, в то время как за ним уже числился долг в 8 млн рублей, решение ВС РФ сложно назвать ущемляющим права должника.

Итак, к чему же привел этот прецедент год спустя? Стоит ли бояться банкроту лишиться последнего? Безусловно, не стоит переносить это решение ВС РФ на всю практику. Каждый случай индивидуален, и решение о возможности взыскания долга путем продажи единственного жилья должно приниматься только судом с учетом всех обстоятельств. Но стоит заметить, что вслед за решением ВС РФ по вышеуказанному делу начала устанавливаться практика пресечения судами злоупотребления правом и искусственного создания должниками ситуации с единственным пригодным для проживания жильем. В связи с чем увеличилось число решений, в которых суды отказывают в исключении спорного жилья из конкурсной массы.

Таким образом, на сегодняшний день риск утраты единственного жилья в банкротстве напрямую зависит от действий должника. Но законодательство все же стремится к тому, что скоро жилищный иммунитет перестанет быть безусловным, будут установлены пределы его действия. А должник должен понимать опасность наступления негативных последствий и вести себя добросовестно.