Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 20 июля 2020 г. № 72-КГ 20-1, в котором указал на недопустимость обратного взыскания с работника сумм, выплаченных ему на основании решения суда, вступившего в силу.
Спор о возмещении вреда, причиненного здоровью работника в результате производственной травмы
Юрий Лосев работал в ПАО «Территориальная генерирующая компания № 14» машинистом котельной (кочегаром). 15 августа 2016 г. на производстве произошел несчастный случай, в результате которого здоровью мужчины был причинен вред. По данному факту работодателем 12 сентября 2016 г. был составлен соответствующий акт.
Далее Лосев обратился в Черновский районный суд г. Читы с иском к обществу о возмещении вреда, причиненного здоровью. Он попросил взыскать с работодателя утраченный заработок в размере более 20 тыс. руб. ежемесячно, дополнительные расходы, связанные с повреждением здоровья и приобретением лекарственных препаратов, в размере около 34 тыс. руб., а также оплатить лист нетрудоспособности в четырехкратном размере.
Суд частично удовлетворил исковые требования и взыскал с ответчика в счет возмещения утраченного заработка более 135 тыс. руб., а также расходов на уплату госпошлины в размере около 4 тыс. руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Забайкальского краевого суда от 24 июля 2018 г. решение первой инстанции было изменено в части взыскания размера утраченного заработка и госпошлины. Апелляция взыскала с общества около 90 тыс. руб. и расходы на госпошлину в размере около 3 тыс. руб.
В августе того же года Юрию Лосеву на основании его заявления районный суд выдал исполнительный лист. Впоследствии общество-ответчик перечислило истцу взысканные суммы.
Однако 31 января 2019 г. президиум Забайкальского краевого суда отменил апелляционное определение, указав, что выводы судебных инстанций в обоснование удовлетворения исковых требований основаны на ошибочном толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения. Кассация вернула дело на новое рассмотрение в апелляцию, которая 6 марта 2019 г. отменила решение первой инстанции и отказала в удовлетворении исковых требований.
Далее общество обратилось в суд первой инстанции с заявлением о повороте исполнения решения этого же суда по иску Юрия Лосева о возмещении вреда, причиненного здоровью.
Удовлетворяя заявление от 13 мая 2019 г., суд, сославшись на ст. 443 ГПК РФ, исходил из отмены указанного решения апелляцией. Он пришел к выводу, что к данным правоотношениям неприменимы положения абз. 2 ч. 3 ст. 445 ГПК о недопустимости поворота исполнения решения суда по делам о взыскании денежных сумм по требованиям, перечисленным в названной норме, – в частности, вытекающим из трудовых правоотношений, о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, за исключением случаев, когда отмененное в кассационном и надзорном порядке решение было основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах.
Апелляция поддержала выводы первой инстанции и их правовое обоснование.
Позиция Верховного Суда
Не согласившись с судебными актами, Юрий Лосев обратился в Верховный Суд. Изучив материалы дела, ВС указал, что в соответствии с ч. 1 ст. 445 ГПК если суд, рассматривающий дело в апелляционной, кассационной или надзорной инстанции, окончательно разрешает спор либо прекращает производство по делу, либо оставляет заявление без рассмотрения, он обязан разрешить вопрос о повороте исполнения решения первой инстанции или передать ей данное дело.
Верховный Суд пояснил, что согласно ч. 1 и абз. 1 ч. 3 ст. 445 ГПК в случае отмены в апелляционном порядке решения суда поворот исполнения по общему правилу допускается по любым требованиям (за исключением поворота по делу о взыскании алиментов, который возможен лишь при наличии определенных обстоятельств: отмененное решение о взыскании алиментов основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах). При отмене решения суда в кассационном или надзорном порядке поворот исполнения в соответствии с абз. 2 ч. 3 ст. 445 ГПК по общему правилу также допустим, кроме решений суда по требованиям, перечисленным в названной норме (в частности, по требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, за исключением случаев, когда отмененное в кассационном и надзорном порядке решение было основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах).
«Ограничение обратного взыскания с работника сумм, выплаченных ему на основании решения суда, вступившего в законную силу, является гарантией защиты трудовых прав работника и преследует цель соблюдения баланса прав и интересов работодателя и работника, не имеющего, как правило, иных источников дохода кроме заработной платы и выплат, возмещающих ее утрату», – подчеркивается в определении.
Высшая инстанция добавила, что каких-либо ссылок на то, что решение и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам были основаны на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах, постановление президиума Забайкальского краевого суда от 31 января 2019 г. не содержит. При новом рассмотрении дела в апелляционном определении от 6 марта 2019 г. также не указаны обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности истца.
«Между тем гражданин, получивший в порядке исполнения вступившего в законную силу судебного решения денежные средства в счет возмещения утраченного заработка по спору о возмещении вреда, причиненного здоровью, не должен претерпевать всю полноту неблагоприятных последствий (поворота исполнения решения) в случаях, если это решение отменено судом кассационной инстанции как ошибочное, при том что отмененное решение не было основано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных им подложных документах», – отметил ВС.
Верховный Суд обратил внимание, что соответствующий подход нашел отражение в ст. 1109 ГК РФ, согласно подп. 3 которой не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения зарплата, а также суммы в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны или при наличии счетной ошибки.
ВС также сослался на позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в постановлениях от 24 марта 2017 г. № 9-П и от 26 февраля 2018 г. № 10-П, согласно которой предусмотренное гл. 60 ГК правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения – соответственно, и ст. 1109 Кодекса, – не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение тем самым баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, а также принципам равенства и справедливости.
Следовательно, резюмировала высшая инстанция, судам при рассмотрении вопроса о возможности поворота исполнения судебного постановления, отмененного в кассационном порядке, о присуждении денежных средств в счет возмещения утраченного заработка, исходя из их общего предназначения – в системе действующего правового регулирования – с суммами, выплачиваемыми работодателем в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью работника, по правилам гл. 59 ГК, следует руководствоваться абз. 2 ч. 3 ст. 445 ГПК.
В связи с этим, указывается в определении, выводы судебных инстанций об удовлетворении заявления общества о повороте исполнения в рамках спора работника с работодателем о возмещении вреда здоровью решения Черновского райсуда от 4 мая 2018 г. и апелляционного определения Забайкальского краевого суда от 24 июля 2018 г. по иску о возмещении вреда, причиненного здоровью, не могут быть признаны правомерными. ВС заметил, что суды неправильно истолковали положения абз. 2 ч. 3 ст. 445 ГПК, предусматривающего ограничение обратного взыскания с работника сумм, выплаченных ему на основании вступившего в силу судебного решения, в отсутствие обстоятельств, предусмотренных указанной нормой ГПК и подп. 3 ст. 1109 ГК, а также без учета правовой позиции, изложенной в Постановлении КС от 12 ноября 2018 г. № 40-П.
В итоге ВС отменил определение Черновского районного суда г. Читы от 13 мая 2019 г. и апелляционное определение Забайкальского краевого суда от 10 июля 2019 г., направив дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.
Благодарю за информацию