Моя тяжёлая болезнь...

Все мы знаем, что предыдущие года были для нас сложным периодом в связи с Covid-19. Кто-то отделался лёгким испугом, а кто-то очень тяжело перенёс вирус. В том числе и я. Что я пережила за эти два месяца, лёжа в стационаре инфекционного отделения, знает только Бог.

Я хочу рассказать вам свою историю болезни для того, чтобы, может, кто-то сделал для себя выводы и поступал правильно, не приведи Господь, заболев...

В начале октября у меня поднялась температура до 38 градусов. Как обычно, я начала лечиться самостоятельно, думая, что смогу это сделать.

Но не тут-то было! Парацетамол и всякие противовирусные не помогали. "Скорая" не хотела ехать, т.к. не успевала на все вызовы.

На четвёртый день мне стало хуже. Я поехала в поликлинику сама, тем более, что заразила младшего сына. Мы пошли на приём вместе. Тесты на cСvid-19 у нас взяли. Компьютерная томография на тот момент у нас в городке не работала. И поэтому всем делали флюорографию. Нам с сыном в том числе.

Мой снимок показал двухстороннюю пневмонию. Фельдшер выписала кучу препаратов, которые мы стали принимать. К вечеру у сына тоже поднялась высокая температура. Моя же никак не падала, а наоборот, выросла до 40 градусов. "Скорая", как всегда, ехать отказалась. Мой старший сын был у нас в гостях, и ещё жила с нами мама. Естественно, их мы тоже зацепили.

С моими домочадцами я не стала тянуть, сразу стала колоть антибиотиками.

Три пакета лекарств – это что-то! Но лучше от этого мне не становилось. Была ужасная слабость, из-за которой я не могла набирать даже шприц. Мой старший сын делал это за меня. "Скорая" наконец приехала, но только после того, как я предупредила, что буду жаловаться, т.к. они обязаны приехать через 20 минут. Померяли сатурацию – 90. Посчитали, что всё хорошо и уехали.

Я неделю уже ничего не ела. Почувствовав, что я ни сегодня-завтра "отброшу коньки", стала звонить терапевту, курирующему меня. Я со слезами просила положить меня в стационар. Он пообещал, что "скорая" приедет и меня заберёт. Но, перезвонив мне через 10 минут, сказал, что главврач нашей поликлиники отказала мне в госпитализации, посчитав, что я в хорошем состоянии!

Мои сыновья стояли у моей кровати и всё слышали. Старший говорил, что нужно подавать в суд. Какой суд?! Я дышать-то могла через раз! Нужно было как-то выкарабкиваться. Но как?

Я вспомнила, что когда-то обращалась в страховую компанию и мне помогли. На полисе был номер, и я его набрала...

Выслушав меня, врач на том конце провода обещала помочь. Она позвонила в нашу ЦРБ главному врачу. Через некоторое время мне сообщила, что в инфекционном отделении нет мест, и что она мне больше ничем не может помочь, что меня могут забрать только дня через два, не раньше.

Какие два дня? У меня сил не было даже двигаться! Мой сын нашёл мне в Интернете номер главного, и я сама ему позвонила. Я просила положить меня хоть куда: в коридоре, в мужскую палату, даже в туалете. Лишь бы только меня начали нормально лечить. Я задала ему вопрос: "Своим родственникам вы бы нашли место?" – и положила трубку. Через 20 минут меня забрала "скорая"...

Сорок минут я сидела еле живая в приёмном покое. Очень хотелось пить и прилечь, но всем было некогда.

Наконец меня поместили в палату. Главный врач инфекционного отделения мне сразу понравилась. От неё веяло материнским теплом и заботой.

Первые десять дней в стационаре вообще выпали у меня из памяти. Мне так было плохо, что я никому не давала покоя. Без кислорода я не могла дойти даже до туалета, который находился в палате, в двух шагах от меня. Темнело в глазах. Колотилось сердце. Казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Давление 190 на 130. Сатурация уже 70. Состояние обморока. Поражение лёгких 70%. Вердикт вынесен: Covid-19. Вставать запретили. Приговор – прикована к кровати. В памперсе всё время опревало. На спине лежать было нельзя. Поза только на животе или редко на боку. У меня появились пролежни на ноге. Спасибо огромнейшее девочкам-санитаркам. Не брезгуя, они подмывали и смазывали кремом нас таких несколько раз в день. Диарея после антибиотиков и каких-то новых препаратов мучала. Таблеток штук 20 в день и капельницы, литров 6. Постоянно под кислородом.

Палата 6x6 квадратов. Шесть коек. Мы назвали её "газовой камерой".

В каком-то безумном помутнении рассудка я срывала с себя маску. Казалось, что и в ней не хватает воздуха. Медсестра, женщина постарше остальных, на меня кричала: "Ты умрёшь, если будешь так делать! Ты хочешь жить?!"

До меня эти слова ещё не доходили. В очередной раз, когда я сбросила маску, эта медсестра привязала меня к кровати за руки. Лёжа на животе, в маске, я вдруг вспомнила про своих мальчишек, что я им ещё нужна. Особенно младшему, он ещё учится. Папы нет. Мне так захотелось жить! Я выпуталась из "оков" и сказала, что не буду больше противиться, буду выполнять все рекомендации.

Мой инстинкт самосохранения вырывался наружу и никому не давал покоя. Я колотилась в окно в палате, с видом в коридор отделения. Доктор поменяла мне схему лечения и температура спала на второй же день. Но всё же, было ощущение, что мои лёгкие отказывались работать. Я постоянно кричала. Звала реаниматологов. Вот она, грань сумасшествия!

Замечательнейший доктор приходил ко мне несколько раз в день. Я хватала его за карман халата, за руку. Умоляла, чуть ли не на коленях, забрать меня в реанимацию, т.к. сама не справлялась. В реанимационном отделении мест не было. Мой благодетель притащил мне кислородный аппарат-" проточник". Надел на меня другую маску. О ужас! Я наивно думала, что в ней будет легче. Не тут то было!

Как узник замка Иф (так я назвала своё положение). В этой маске было очень жарко. Я даже не понимала, поступает ли кислород. Это было очередным испытанием для меня. Два дня в " газовой камере", на животе, я всё же не выдержала. Я снова стала колотить в окно и просила вернуть мне простую кислородную маску. Реаниматолог пришёл и убрал " чудо-машину". Я не спала несколько ночей. То сидела, то вставала. Опять колотилась. Просила постоянно мерять давление, которое спадало совсем ненадолго.

Каждый день, глядя в окно выходящее в коридор, мы с моими соседями по палате видели, как несколько медсестёр вытаскивали в мешках трупы. Один-два мешка каждый день... Один-два... Мы читали молитвы и плакали... плакали и молились... На секунду я представила себя в этом мешке... "Нет, я там не буду!" – вопило моё подсознание.

Мои дети не могли неделю до меня дозвониться. Телефон сел, т.к. я не могла встать и зарядить. Я была самой тяжёлой в палате. Когда мне стало чуть легче, я спросила медсестру, почему я срывала маску? Она ответила, что моему мозгу не хватало кислорода и он был на грани гибели. Доктор-реаниматолог приходя ко мне призывал: " Выкарабкивайся, слышишь?! Ты сильная, ты справишься.. Ты же не хочешь лежать с дыркой в горле? Так что выкарабкивайся здесь." Сейчас я ему очень благодарна, что не спустил меня в реанимационное отделение. Оттуда мало кто возвращался на тот момент.

Мама умерла. Мои дети мне ничего не говорили, чтоб не было хуже. Хоронить было некому. Младший на самоизоляции. Хоронил старший сын с друзьями. Только через " Одноклассники" я узнала о смерти мамы. Мне писали соболезнования, а я недоумевала, кто умер? Когда сыновья признались, со мной была истерика. Мама... Царствие ей небесное... Моя старшая сестра пыталась её долечить, но сама в тяжёлом состоянии с covid-19 попала в больницу.

В палате мы были семьёй, абсолютно посторонние люди друг другу. Мы молились за всех людей на планете.

К нам в палату поступила женщина. Она была так спокойна. Казалось, что всё будет хорошо. Она всё время спрашивала врачей: "Я умру?"... Господи! Я даже боялась произносить эту фразу! Через три дня нашу новенькую спустили в реанимацию. Я до сих пор помню её жалостливый взгляд, просящий о помощи...

Чем мы могли ей помочь? От бессилия у нас текли слёзы. Неделя в реанимации – и её не стало... Земля ей пухом!

Меня выписали. Дома без кислорода была каторга. Я лежала, как овощ и плакала. Несколько ночей провела у открытого окна. Был конец ноября. Мои мальчишки меня всяко поддерживали и вселяли надежду. Поили и кормили. При выписке глав. Врач меня предупредила, что восстанавливаться я буду не менее года. Я не понимала, как дальше жить, а особенно работать? Поднимаясь по лестнице, я останавливалась на каждой ступеньке. Две недели не выходила из дома. Я понимала, что нужно как то расхаживаться. Начала с похода в магазин. Ближайший был от нашего жилища метрах в 150. На эти триста метров туда и обратно у меня уходило два часа! Каждый шаг давался с трудом. Дыхание перехватывало. Шаг-остановка... иначе никак. В глазах темнело, одышка.

С моей выписки прошло уже много времени. Я до сих пор задыхаюсь при нагрузке. В лёгких-остаточные явления. Воспалились все хронические заболевания, которые я раньше могла как то контролировать. Но я держусь. Я знаю, раз Господь меня оставил на этом свете, значит я должна жить... с болью или без...

Все говорят о второй волне covid-19. Я её не боюсь! Мне уже ничего не страшно.

Может, мой рассказ поможет кому-то преодолеть эту заразу. Главное – не сдаваться! Не молчать! Не лежать сложа руки и ждать смерти! Я поняла, что жизнь и смерть – подруги, которые всегда ходят рядом. Всего один шаг от одной к другой... И в какую сторону нам шагнуть – решать нам... Но... на всё воля Божья...

Всем здоровья, друзья!