Мир, в котором мы живем /18 марта 2022 / Взгляд из замочной скважины.

Учителю и Журналисту IREN ADLER посвящается.

Имена наших героев останутся неизвестны.

Имя первого не буду упоминать из этических соображений, имя второго, как не напрягаюсь, не могу вспомнить, а спрашивать у друзей не хочу.

Третьих назовем Ганс и Лизбен, хотя настоящие имена неведомы.

Все эпизоды произошли, наверное, в 2015 году.

Итак.

Эпизод 1.

Первый наш герой приехал в июне указанного года из южной солнечной республики на заработки. Он был высокий, широкоплечий, статный, как сказали бы в стародавние времена. Волосы спадали на плечи черными кудрями (ну тут я загнул), а улыбка светилась белоснежными зубами.

С нашим языком были у него проблемы, но у кого их нет? (тем хвала и слава). Бывало, скажешь ему :

«Друг, копай»,

он в ответ:

«Ага» и усиленно копает.

Скажешь :

«Друг, не копай»,

он улыбнется, скажет: «Ага, итак» (это он меня дразнит)

и продолжает усиленно копать. И так во всем.

Однажды утром приходит он ко мне. В глазах слезы, всхлипывает. На вопросы не отвечает. Потом чуть успокоился и взмолился:

«Андрей, дай десат тысаш долг, билет самолет буду покупать».

Их бригадир толи Руслан, толи Бурухтан «попа ххххх»(ст. 121 УК РСФСР).

«Дай, верну».

Вздохнул я, чай не дочка миллиардера, но выдал две красненькие и попрощался..

Через год в марте стук в дверь. На пороге наш герой:

«Здравствуй, Андрей…… дэнег нэт, я отработаю».

И отработал: и снег убирал и, в основном, дрова пилил, таскал и колол. Складывать не получалось………

Эпизод 2.

Второй герой прибыл к нам со всем известной планеты. Там он жил в городе Б. на берегу океана А. Он не был чистокровным инопланетянином, толи он сам, толи его родители прилетели туда из той южной республики, из которой только и регулярно летают космические корабли.

Жена у него была корнями тоже с нашей планеты, из сеструшек и братушек.

В городе Б. он был отличным специалистом по настраиванию бытового оборудования, работающего на самой недемократичной субстанции.

Там наставали тяжелые времена, а, как известно, рыба ищет где глубже, а человек где лучше.

Вот он прибыл на разведку, а заодно чуть подзаработать. Подзаработал немного и помог в вопросах, в которых он был специалист, но решил разведывать дальше и поехал в столицу нашей родины, взяв в дорогу, бережно мной хранимый (за раннее издание) томик Стругацких ( «Трудно быть Богом» и «Понедельник начинается в субботу»).

В Москве он и сгинул.

Перед этим, правда, случилось горе. Звонила ему его (очень хочется сказать евонная или евошная) жена. Обстановка на планете накалилась, необходимо отправлять сына к родне, к сеструшкам\братушкам, нужны деньги.

«Андрей, будь любезен, дай в долг десять тысяч рублей, я скоро верну»./ Обещанного три года ждут./

Я никого не сужу и не делаю обобщений. Жизнь — она такая. В девяностые и родственники, и друзья меня на лимоны кидали. Повторяю за Стругацкими «Эксперимент есть эксперимент…» ( «Град обреченный») и за классиками киноискусства повторяю:

«Узнаете, Ватсон, этот ботинок, его родной брат сгорел в камине… Два башмака, а какие разные судьбы…»(Приключения Ш. Холмса и доктора Ватсона»).

Но может быть «второй ботинок» тоже сделал доброе?

Может, спас жизнь?

А если не родился «воин света»?

Эпизод 3.

Но пришла пора приблизиться к нашим последним героям. Собственно говоря, мы о них узнали от нашего второго героя.

Июльским солнечным воскресным утром наш герой отправился удовлетворять свои духовные потребности путем погружения в красоты Петродворца. Насладившись красотами Каскада фонтанов, залами Большого дворца и Монплезира, наш герой присел на скамейку у фонтана, дабы насладиться свежестью в знойный день.

Тут и появились Ганс и Лизбен.

Весело щебеча, улыбаясь, щелкая фотоаппаратом, Ганс адресовал Лизбен фразу, которую неискушенное ухо Российского человека примет за восторг от увиденной красоты.

Но мы то знаем, что на степной родине нашего героя одним из основных считается язык Ганса и Лизбен, и поэтому он поведал нам слова Ганса буковка в буковку:

«Представляешь, дорогая Лизбен, если бы мы тогда выиграли, это все было бы наше».

Надеясь, что этих строк коснется взор юных глаз, не тронутых катарактой, автор не будет писать те слова, которые рвутся из сердца и которые он хотел бы прокричать, взобравшись на смотровую площадку Исаакиевского Собора.

«Знание — сила».

«Бойтесь туристов, евро приносящих».