Как же мы с дедом отправились на медведя!

Сидел я, значит, дома на

кухне, заливал себе чай с сахаром, когда вдруг ворвался мой дед, Савелий,

словно вихрь из другой эпохи. Борода его напоминала взъерошенного ежа,

угорелого от выпивки, а взгляд был покрасневшим, будто у черта после

праздника. Стукнул топором по столу и рявкнул: "Гришка, готовься! В лесу

медведь корову замордовал, пойдем-ка [сраный] экземпляр приструним! " Ну, ято, Григорий Говнорыба – последнее слабое звено в нашей семье, сразу вспотел.

Мой дед, ветеран войны, воспринимает медведя почти как соседского пса,

только стрелять обязательно нужно. А я вот последний раз в лесу бывал лишь

для самых неотложных нужд, да и то под кустом с кислыми яблоками.

Собрались. Дедово ружье — старая "Тулка" времен Екатерины, патроны внутри –

гвозди и фляга спирта "для обогрева". Идём лесом, мороз пронизывает до

костей, снег скрипит под ногами, как старый разум после вчерашнего застолья.

Дед орет: "Ты, Говнорыба, не бойся! Медведь он как женщина: заорет – ты тоже

кричи, а потом беги, как только сможешь! " Вышли на открытое место, а там...

Блин, жесть! Медведь – здоровенный, с метр в плечах, морда словно у тещи

после скандала. Стоит себе, корову жуёт, на нас зыркает. Дед тихо говорит: "В

глаз целись, мерзавец! " А руки мои дрожат, будто гармонь на похоронах. Выпустил заряд. Не попал. Зверь издал такой рев – чуть внутренности не

вывалились наружу. Старик заорал: "Бежи, черт, к стволу! " А сам старую

гранату из-за воротника достал – откуда взялась, понять невозможно. Бросил.

Взорвалось! Огонь, дым, иголки обрушиваются с елей. Медведь, разумеется, не

погиб – лишь взбесился. Погнался за мной, а я бегу, всё кругом плывёт. Забрался

на сосну, а зверь снизу рычит, дерево трясёт. Дед, словно отчаянный викинг,

подкрался сзади и топорик медведю в спину вонзил. Тот завопил, обернулся – и

лапой деду лицо рассек. Кровь, проклятия, снег перемешан с землёй. В конце

концов, старик добил зверя выстрелом в ухо, но сам сидит, лицо рукой

закрывает: "Гриша, [м]ля, домой веди меня! Теперь буду всем шрам показывать,

как медведь меня [врез]ал! " Добрались до села. Старая наша, увидев деда,

изумилась: "Савелий, ты что, с ним обниматься решил? " А он, даже глазом не

моргнув: "Нет, это Гришка его поцеловал не туда, пока я разбирался с ситуацией! " С тех

пор я уважаю косолапых. И старика тоже. Но если он ещё раз предложит

"поохотиться" – я ему ружьё между булок вставлю. Не нужны мне такие

приключения.

Подробнее ➤

https://anekdotov.net/