Роберт Бартини. Статья 23: Крест и Зверь: Кульминация Зла Легата

Иллюстрация "Ужас Под Крестом" создана сетью Шедеврум

Этот фрагмент – кульминация всей критики Бартини в адрес организованного Инферно. Он показывает, что за маской духовности и «искоренения ереси» скрываются самые низменные инстинкты и абсолютное насилие.

I. Превращение Исповеди в Жертву

Сцена «исповеди» – это ритуальное осквернение чистоты Марии, где Легат использует духовный авторитет для реализации своей похоти:

Ловушка: Мария, доверяя авторитету («Святой Отец – Легат самого Папы римского»), приходит на исповедь в уединённую комнату (арка, мост).

Опьянение и Обольщение: Легат использует «священный напиток благословенный бальзам» (наркотическое или опьяняющее средство) для подавления воли Марии. Его слова, описывающие её тело через религиозно-ботанические метафоры («нежный шелк твоего сердца», «лилия белая, роза розовая»), создают гнусный контраст между возвышенной формой и животным содержанием.

Осквернение: Он использует Крест на своей груди, чтобы прикоснуться к её телу, что является высшим символом кощунства – Инферно, использующее символ Рая для совершения Зла.

II. Кульминация Насилия и Символизм Креста

Акт борьбы – это не просто личная драма, а метафизический конфликт между Духом и Цепью:

Акт Пробуждения: Мария, несмотря на опьянение, находит в себе силы и в смятении сильно отталкивает его. Её пробуждение от опьянения – это пробуждение Духа (Ускорение) в момент максимальной опасности.

ИЗВЕРГ!!!: Её крик «ИЗВЕРГ!!!» – это обличение всей системы. Легат – это не человек, а Зверь, маскирующийся под Святого Отца.

Крест как Оружие Цепи: В кульминационный момент, когда Легат бросает её на кушетку, Бартини использует ключевой символ: «Большой белый крест на груди Легата валится на Марию, в её широко раскрытых глазах крест, накрывающий её, становится огромным и страшным».

Вывод Бартини: Символ веры (Крест) в руках Инферно (Легата) превращается из символа спасения в символ угнетения, насилия и ужаса.

III. Бегство от Обличения

Внезапное вмешательство Кривого Монаха («Идут… Скорее») спасает Легата от публичного разоблачения, но не от морального поражения. Угроза удушения, а затем бегство, завершают сцену, демонстрируя, что Инферно готово на убийство, лишь бы сохранить свою Маску.