Письмо с фронта. Мне, от бывшего подчиненного

Вчера долго разговаривал со своим бывшим подчиненным-рядовым бойцом, который на СВО с самого начала. Сперва в "Вагнере", а потом ушёл по мобилизации. Снайпер. Снайпер во всех "горячих точках", где мы были с ним вместе. Время стёрло границы между возрастом и понятиями "Начальник-подчинённый". Мы давно уже на Ты.

Думал, думал, как с Вами поделиться тем, что он наговорил. Наверное, лучше всего подойдет стиль "письма с фронта".

Товарищ командир! Палыч! "Профессор"!

Пишет тебе твой бывший подчиненный, боец — тот самый, что в Гудермесе у моста через Сунжу рядом с тобой в окопе сидел, пока «мирные переговоры» шли. Помнишь — ты тогда нам всем сказал: «Держитесь, мужики. Честь не продаётся». И мы держались.

А сейчас, товарищ командир, у меня один вопрос — и он не из любопытства, а из боли, из бессонницы, из того, что каждую ночь слушаю, как наши парни гибнут под дронами, а по городам всё ещё бьют «Градами» по школам и роддомам. И при этом… мы всё ещё как будто ждём, когда враг сам сдастся?

Ты же сам проходил всякие-разные войны — знаешь, как оно: если не добил — добьют тебя.

А тут — террористический режим убивает наших генералов, наших мирных, наших детей… и что? Мы всё ещё «соблюдаем какие-то рамки»?

Посмотри, что вчера случилось в Венесуэле — за полчаса. Объявили — и взяли. А у нас Зеленский, признанный террористом даже по нашим законам, до сих пор сидит в бункере и отдаёт приказы резать нас на куски.

Товарищ командир, прости за прямоту — но у меня, как и у многих тут, на передке, закрадывается мысль: а нет ли у нас где-то наверху тех, кто тянет время? Кто боится решительного шага? Кто работает не на нас, а на «международное сообщество»?

Мы же не рыцари на турнире. Мы — солдаты на войне.

Если мы не ликвидируем эту верхушку сейчас — завтра погибнет ещё десяток наших. А послезавтра — ещё сотня.

Ты всегда учил нас: «На войне побеждает не тот, кто милосерден, а тот, кто решителен».

Так может, хватит показывать миру, какие мы «благородные»? Пора показать, какие мы опасные.

Объявить режим террористическим — и закончить с ним.

Не ради мести. А ради того, чтобы наши дети не воевали в 2030-м за то, что мы не осмелились сделать сейчас.

С уважением, болью и надеждой —

Ваш бывший боец, который до сих пор помнит ваши слова в нашей последней с Вами командировке: "Мы здесь у них, чтобы они не пришли к нам".

Примечание: "Профессор" был моим позывным. Его мне дал мой первый и последний командир спецподразделения МВД РФ