Проблема противодействия незаконному обороту наркотиков является одной из самых острых для современного российского общества. Хотя официальные данные МВД РФ в области выявления указанных случаев показывают сокращение таковых, но в общей картине статистики отечественной преступности указанные преступления стабильно занимают второе место после преступлений в сфере хищения чужого имущества. Несмотря на наличие огромного числа научных работ, а также научно-практических комментариев к статьям 228 – 233 Уголовного кодекса Российской Федерации, все равно в правоприменительной практике встречаются ситуации, вызывающие определенные вопросы при квалификации отдельных деяний.
Во-первых, это вопросы, связанные с квалификацией деяний, подпадающих под признаки объективной стороны статьи 228 УК РФ. В соответствии с положениями ч. 1 ст. 228 УК РФ, признаются незаконными любые следующие действия лица: «приобретение», «хранение», «пере-возка», «изготовление» и «переработка» наркотика. Обязательным является отсутствие целевого характера действий лица, т.е. отсутствие цели сбыта. Указанные действия подробно рассмотрены во второй главе настоящей научной работы. Наиболее сложным вопросом в указанной статье является отграничение противоправных действий друг от друга, так как указанные действия очень часто являются продолжением друг друга и не могут рассматриваться отдельно друга от друга, а где-то и не могут быть вообще определены как самостоятельные. К примеру, казалось бы, что вопрос отграничения «перевозки» от «хранения» наркотика уже положительно решён на уровне уголовно-правовой доктрины. Вместе с тем, в практике встречаются ситуации, когда суды постановляют приговоры, допуская ошибки в применении указанного отграничения.
Приговором от 27 октября 2015 г. по уголовному делу № 1-143 (2015), вынесенным Рассказовским районным судом Тамбовской области. Гражданин М. был признан виновным в незаконном «приобретении», «хранении» и «перевозке» 9,5 гр. марихуаны. «Перевозка» в приговоре суда была определена через указание на факт наличия при нем наркотика, когда гражданин М. передвигался по городу. Формально суд поступил верно, применив разъяснение п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 15 июня 2006 г. № 14 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" (далее – Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 14), но, по сути, стоит задуматься о необходимости вообще отдельного выделения такого действия как «перевозка». Лицо, незаконно приобретая наркотик, может совершить четыре возможных действия с ним: употребить, сбыть, хранить его при себе или утратить (потерять, выбросить или иным образом утилизировать). Логично предположить, что лицо, даже намереваясь употребить наркотик, будет его хранить, т.е. «совершать действия, связанные с его незаконным владением» (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14). В указанное «владение» будет входить также и перевозка этого наркотика, так как лицо перемещается с этим наркотиком от места приобретения до места своего проживания или до притона / помещения, где оно может его употребить. В указанной ситуации перевозка не носит такой общественной опасности как приобретение или хранение, таким образов выделение ее в отдельное преступное действие не целесообразно.
Другая ситуация, когда лицо незаконно перевозит наркотик для его сбыта, т.е. транспортирует его к месту возмездной или безвозмездной передачи. Но и в этой ситуации все равно действие по перевозке будет квалифицировано по ч. 3 статья 30 часть 1 ст.228.1 УК РФ (п. 13.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14). Также стоит отметить, что в практике встречаются случаи, когда вышестоящая инстанция исключает из формулы обвинения указание на «перевозку» наркотика, указывая на ошибки нижестоящей инстанции в толковании норм права. В связи с этим многими научными деятелями поднимался вопрос о нецелесообразности отделения «хранение» и «перевозку» как самостоятельные деяния.
Во-вторых, говоря о сложностях в вопросе квалификации преступных деяний в области незаконного оборота наркотиков, следует обратиться к отдельным положениям статьи 228.1 УК РФ. Стоит признать правильным решение законодателя о введении в ч.2 ст. 228.1 УК РФ пункта «а», предусмотревшего повышенную общественную опасность от осуществления производства, сбыта или пересылки наркотика на «особых» объектах и территориях. Указанное решение является исполнением международных обязательств, взятых на себя Российской Федерацией в рамках Конвенции ООН от 1988 г., где в п. п. «g» ч.5 ст. 3 указывается на необходимость признания отягчающим обстоятельством совершения правонарушения: «в исправительном учреждении или в учебном заведении, или общественном учреждении или в непосредственной близости от них, или в других местах, которые используются школьниками и студентами для проведения учебных, спортивных и общественных мероприятий». Вместе с тем, появление в п. «а» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ указания на такую характеристику места совершения преступления как «образовательная организация» стоит признать недоработанным решением законодателя. В соответствии с п.18 ст. 2 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», под образовательными организациями следует понимать «некоммерческую организацию, осуществляющую на основании лицензии образовательную деятельность в качестве основного вида деятельности в соответствии с целями, ради достижения которых такая организация создана». Примером указанной организации может выступать любая общеобразовательная школа. Однако из поля правового регулирования выпадает другая категория: «организации, осуществляющие обучение», т. е. «юридическое лицо, осуществляющее на основании лицензии наряду с основной деятельностью образовательную деятельность в качестве дополнительного вида деятельности» (п.19 ст. 2). Примером такого лица могут быть, например, детские сады при предприятиях, организации, осуществляющие социальное обслуживание или организующие лечение, оздоровление и отдых детей. И третья категория, объединяющая все виды организаций, – «организации, осуществляющие образовательную деятельность» (п. 20 ст. 2). Резюмируя, можно сказать, что существующая норма в п. «а» ч. 2 ст. 228.2 УК РФ предусматривает повышенную общественную опасность только для случаев производства, сбыта или пересылки на территории «образовательной организацией», что представляется социально не обусловленным решением законодателя, ведущим к необоснованному сужению сферы действия уголовного закона.
В-третьих, рассматривая проблемные вопросы квалификации притуплений в сфере незаконного оборота наркотиков, нельзя не обратить внимание на статью 228.2 УК РФ в части указания на неблагоприятное общественно опасное последствие в виде утраты наркотика, а равно повреждение оборудования или инструментов. Следует отметить, что вопрос «утраты» предлагается к пониманию правоприменителем исключительно с позиции фактического выбытия наркотика из законного владения, пользования или распоряжения. Представляется, что указанный подход не может быть признан верным. В качестве примера можно привести два судебных решения:
Приговором от 27.08.2014 года по уголовному делу №1– 37/2014, Бирилюсского районного суда Красноярского края, гражданка П. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.2 УК РФ. Вина состояла в том, что гр. П. «не обеспечив герметичность упаковки с остатками подконтрольного препарата, поместила ампулу в контейнер. В результате неосторожных действий гр. П. произошло самовыливание из ампулы и утрата психотропного лекарственного препарата «Реланиум 0,5 %-2,0» в количестве 1,3 мл., что составляет 6,5 миллиграммов психотропного вещества «диазепам». Также она внесла недостоверные сведения в журнал учета подконтрольных препаратов. В этой ситуации, хотя и произошла физическая утрата наркотика, но указанное вещество не попало в чье-либо пользование, т. е. исключается факт его участия в незаконном обороте. Указанное нарушение скорее ближе к области трудовых правоотношений и должно влечь наложение дисциплинарного взыскания в виде увольнения за однократное грубое нарушение работников трудовых обязанностей. Поэтому же пути нам предлагает следовать А. В. Бриллиантов: «уничтожение как последствие нарушения правил оборота наркотиков не причиняет вред основному объекту рассматриваемого преступления – здоровью населения».
Приговором от 17.05.2016 года по уголовному делу № 1 – 162 / 2016, Вахитовского районного суда г. Казани, гражданин Е. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.2 УК РФ. Вина состояла в том, что гр. Е. в нарушении существующих правил, будучи фельдшером скорой помощи, в неустановленном месте допустил утрату не-скольких ампул с наркотиками (2 х «Раствор морфина 1 %», 2 х «Раствор морфина 1 %» и 2 х «Релиум 5 мг/мл»). В этой же ситуации нарушение правил привело не только к утрате наркотика, но и к возникновению ситуации, когда наркотик может попасть в нелегальный оборот, т. е. существует прямая угроза его участия в незаконном обороте. В этом случае целесообразно говорить о возможном применении мер уголовной ответственности за деяние.
Подводя итог вышесказанному, стоит отметить следующее:
1) Существование излишне подробной, описательной диспозиции статьи 228 УК РФ не способствует выработке единой правоприменительной практики и в отдельных случаях ведет к необоснованному вменению лицу деяний, которые им не совершались. Последствием этого является постановление приговоров и назначение наказания за деяния, которые лицо не совершало. Указанное обстоятельство не способствует экономии мер уголовной репрессии и ведет к размыванию авторитета судебной власти.
2) Существующее указание в п. «а» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ исключительно на «образовательные организации» стоит признать техническим упущением законодателя, требующим скорейшего исправления для обеспечения равной правовой защиты средствами уголовного закона и недопущению дискриминации.
3) Уяснение категории «утрата» в рамках статьи 228.2 УК РФ должно быть пересмотрено в сторону указания на неблагоприятные общественно опасные последствия, выражающиеся в виде возможного незаконного использования или попадания в незаконный оборот.
