Сериал "Солдаты и реальная служба в армии 4

Я забыл написать почему была такая спешка с нашей отправкой. Изначально на полигон поехали все, кто должен был там работать. Но перед самыми стрельбами, вдруг заболели двое — радист и планшетист. Это были "первые ласточки" эпидемии дизентерии лета 1974 года, прокатившейся по войсковым частям. Хочу также обратить ваше внимание на то, что произошедшее в самолёте, вполне могло быть лишь в моём воображении, от испуга. Итак: Объявили посадку и мы идём к самолёту. Открылась дверь и женщина, в лётной форме выставила лесенку.

— Стюардесса? — удивился Т, — Странно!

— Почему странно? — спросил я.

— Самолёт маломестный. Нафиг им такую задницу возить?

Да, задница у этой тётки была просто потрясная, причём эту женщину, лет 40-а нельзя было назвать толстой. Ещё у неё были красивые синие глаза.

— Проходите, мальчики, садитесь на свои места.

"Места" были обозначены красной краской на деревянных лавочках салатового цвета.

— На полигон? Пострелять летите? — спросила стюардесса.

— Откуда Вы знаете? — спросил я. Она лишь хмыкнула в ответ и пошла принимать других пассажиров. Когда все расселись, стюардесса объявила нам, кто командир экипажа, сколько продлится полёт. Предупредив о возможных воздушных ямах, раздала всем бумажные пакеты и объяснила как и когда ими пользоваться.

— Чувак, ты попадал в воздушные ямы, — спросил я Т.

— Ничего страшного. Тряхнёт маленько и всё. А, тем более, на низкой высоте их вообще не бывает.

— Вообще-то мы уже находимся на высоте 800 м., — сказала стюардесса.— Ещё не взлетев! Так, что ямки будут. Тут заревел мотор и, запрыгав, самолёт оторвался от земли.

Сначала всё было прекрасно. От скуки я стал разглядывать стюардессу. "Интересно",— думал я. "Какая она была молоденькой? Красивая наверное. Летала ли она в большой авиации, или вот так, всю жизнь на кукурузниках? Мои мысли прервались — мотор чихнул и заглох. Внезапно я ощутил лёгкость во всём теле. Казалось, стоит оттолкнуться от лавочки, и я полечу. "Наверное так тренируют космонавтов",— подумал я. Потом я забеспокоился: "Зачем, действительно, возят эту задницу? Она же весит, как мы двое. Самолёт перегружен". В это время мотор заработал и самолёт полез вверх, чтобы снова заглохнуть. Впрочем я допускаю, что у меня просто закладывало уши. Вторая яма была меньше, самолёт выправился быстро.

Бабушка, сидевшая напротив, использовала пакет "по назначению". С неожиданным для её габаритов проворством, стюардесса подскочила к ней и дала новый пакет. А использованный, приоткрыв дверь, выбросила за борт.

— Там нет никого, — ответила она на мой немой вопрос.

Наконец, посадка. Я перевёл дух.

— Счастливо, мальчики. Будете стрелять, по нам не попадите, — сказала стюардесса на прощание.

— А мы не стреляем, мы только данные даём. Стреляют другие, — ответил я.

— Значит данные давайте хорошо.

— Мы постараемся.

Отстрелялись мы нормально. Назад решили возвращаться поездом, справедливо рассудив, что спешить нам больше некуда. Но об этом в следующий раз.