На рубеже веков: банки, производство и куда смотрела российская Фемида

Небольшой экскурс из нескольких статей

Да уж, глаза у неё точно были открыты, у нас везде “особый путь”*. Хотя, может быть, это просто честность?

Сразу дисклаймер: я пишу о своих наблюдениях, о своей практике и том, что я могла наблюдать вокруг. Допускаю, что кому-то картина представилась иной.

Итак, ответ на этот вопрос “куда смотрела?” может оказаться не таким очевидным, как можно подумать. Одну историю про открытые глаза Фемиды я уже рассказывала.

Здесь же речь пойдет об общем фоне, на котором мне довелось работать в те непростые, но по-своему интересные времена. О некоторых… внутренних умонастроениях судействующих субъектов, о превалирующей внутренней этике, т.е. о том, на чьей стороне суд внутренне, с кем он душой. В чью пользу он с радостью притянет факты, аргументацию какой стороны он будет “копать”, порой даже подсознательно, пытаясь признать несущественной, не значимой, не имеющей отношения или ещё каким образом дефектной.

В чью сторону он будет оценивать “оценочные” категории, коих в судебных делах бывает немало.

За те смутные времена, конец 90-х — начало 2000-х, формально я поработала в двух местах: крупном банке и тоже довольно крупном и, что немаловажно, градообразующем и социально значимом производственном предприятии. Де-факто же второе было продолжением первого, а я там работала в составе команды собственников.

Банк

Самый первый мой судебный процесс был такой сугубо банковский (касался нюансов проведения расчетов и всякой банковской специфики, а я ещё проработала так мало и реально соображала в этом чуть меньше, чем ничего (при этом убей меня не помню, почему я оказалась в этом процессе, а не мой коллега — начальник отдела), что это был для меня такой страх страшный, что прям ой…

Конечно, коллеги из других отделов, как раз тех, которые и были причастны к оспариваемой операции, давали все необходимые комментарии, разъяснения, без проблем, тут все хорошо у нас было, но я тогда не чувствовала ситуацию, что называется, на “кончиках пальцев”. Какой-нибудь вопрос суда мог поставить меня в тупик, как студента, который выучил, но плохо понимает.

Но тут все было хорошо, суд был беспристрастен, поскольку понимал в этом примерно как и я, но к процессу был привлечен представитель ЦБ, который подтвердил нашу правоту и давал необходимые пояснения. Представителю ЦБ суд доверял больше, чем сторонам. Дело было сделано, хотя если бы в процессе не было ЦБ, я уж и не знаю... пришлось бы мне повертеться.

А вот дальше было интересно. Но немного о банках конца 90-х.

Банки тогда и сейчас

Вообще, банковская система в современном, “несовковом” варианте тогда только формировалась, “приличных” банков, которые бы работали по мировым стандартом, ну или хотя бы в ту сторону, было вообще единицы. Наш банк — один из них (я работала в региональном филиале). Сбербанк с категорией “приличных” не соотносился вообще никак, это был “огрызок совка”, с соответствующими технологиями и тётками.

Технологический и организационный скачок в СБ, сделавший его тем, что он есть сейчас (я сейчас не хочу обсуждать качество СБ, так как понятно, что багов там полно, но это не отменяет факта, что он — весьма продвинутая штука, во многом задающая тон остальным, а тогда он был обшарпанный пережиток, типа старого “жигуля” на фоне появляющихся новеньких иномарок — ни технологичностью, ни антуражем конкурентом банку, типа нашего, быть не мог).

Кроме того, до бума потребительского кредитования и ипотек “кому попало”, как сейчас, было ой как далеко… В нашем банке вообще кредитование физлиц не практиковалось как класс, даже предпринимателей была парочка всего — самые крупные и известные в городе, с понятными и надежными материальными активами. Только серьезные клиенты. Вклады тоже, был отсекательный порог, минимальная сумма вклада, не такая уж чтобы прям высокая, но по тем общебезденежным временам вполне сдерживала наплыв тех, кому удалось с пенсии копеечку сэкономить.

Обслуживать маленькие вклады было нерентабельно — народу много, времени занимает много, а толку мало. Поэтому было вот так, не условный, а как-то ощутимый по тем временам пороговый минимум. В общем, если продолжить аналогию, то я бы сравнила тогдашний банк и его политику с нынешними — как ресторан или бутик с “шаурмячной” или “Пятерочкой”. Ну т.е. тогда это было “не для всех” (по крайней мере, у нас), а сейчас наоборот превалирует ставка на массовый охват и массовый продукт, хотя, конечно, для премиального сегмента есть свои “спецобслуживания” и прочие плюшки.

Ну и работать тогда в банке было престижно, и контингент у нас, на провинциальном безработном и безденежном рынке конца 90-х подобрался прям ух. Сейчас же банков так много, а услуги их стали настолько ширпотребные, что престиж и хорошие зарплаты остались только на высоких должностях, или в IT-сфере, а соответственно, качество персонала резко упало (хотя привлекательно сейчас то, что толковому вменяемому сотруднику там можно довольно легко и быстро сделать карьеру, есть куда расти, внутрибанковские и межбанковские миграции кадров очень высоки, особенно в крупных городах).

Собственно экскурс в историю был для того, чтобы было понятно, почему до августа 1998 года с точки зрения судебной практики моя работа была бедненькой. Не было судов. Не с кем особо было судиться. Ну вот разве такие очень редкие и очень специфические разборки, типа той, что описывала выше. Невозвратов кредитов у нас не было. Это сейчас юротдел банка — это малоинтересные, но утомительные и нервные бесконечные суды по взысканию кредитов. С юрлицами ещё бывает немного интереснее и спокойнее, а с физлицами…

А у нас, как я уже писала, всё приличные люди, крупные промышленные предприятия, даже в 90-х худо-бедно работавшие, отношения с банком не разовые, а долгосрочное сотрудничество по массе разных продуктов (ценные бумаги те же, интересные схемы оплаты и т.д.), всё с хорошим обеспечением, налаженными личными связями и т.д. Куча добротных проверок — от нашей службы безопасности до вышестоящих кредитных комитетов. Так что я динозавр старой школы, считающий, что банк — это “для приличных людей”, а то, что я вижу сейчас, меня ужасает. Хотя в чем-то и радует, особенно в сфере легкости расчетов всех со всеми. Это, конечно, огромный плюс и скачок в новую реальность.

В августе 1998-го гром грянул...

Продолжение следует

* Вообще-то Фемида – богиня правосудия с закрытыми глазами. Вот так выглядит "Богиня правосудия нормальная":

Завязанные глаза символизируют то, что она не видит ничего, кроме закона, который воплощает. Это символ беспристрастности. Но у нас отличились, поставив не где-нибудь, а перед зданием Верховного суда РФ “альтернативную” версию.