Применение объяснений из материалов предварительной проверки в гражданском иске - правомерность и допустимость

Предыстория вопроса. Родитель 11-летнего мальчика подал заявление в полицию о том, что его сына якобы уколол иголкой одноклассник, причинив сыну физическую боль и моральные страдания. Полиция провела «проверку по материалам» (они это называют КУСП), в ходе которых получала объяснения от одноклассников. Всего было опрошено 8 одноклассников (сюда не входят потерпевший и подозреваемый). Двое показали, что событие имело место, шестеро показали, что не были свидетелями чего-либо подобного. Объяснения шестерых не были зафиксированы, а объяснения двоих были. Из этих двоих один был опрошен в присутствии родственника, не являющегося законным представителем, а родители (законные представители) второго впоследствии (через несколько месяцев) оба сделали письменное заявление, что их ребёнок не был свидетелем этого события, а просто от кого-то слышал. Оба мальчика опрашивались в отсутствие педагога (психолога), при опросе обоих мальчиков не велась видеосъемка, перед опросом обоим мальчикам инспектором полиции не было указано на необходимость говорить правду (в протоколе объяснений это не отражено) – ст. 191 УПК.

Полиция вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по причине недостижения подозреваемым возраста привлечения к уголовной и административной ответственности.

Родитель потерпевшего мальчика тогда обратился в суд с иском о взыскании с родителей подозреваемого компенсации нанесенного вреда.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования, приняв в качестве доказательств содержащиеся в материалах КУСП а) показания потерпевшего ребенка; б) показания его матери, что в тот день она обнаружила и осматривала покраснение на теле ребенка и след «как бы от укола»; в) объяснения мальчика 1, опрошенного в отсутствие законного представителя; г) объяснения мальчика 2, опрошенного хотя и в присутствии законного представителя, но родители которого впоследствии заявили, что мальчик на самом деле воочию ничего не видел, а только от кого-то слышал, не помнит, от кого именно. К заявлению родителей мальчика 2 суд «отнесся критически», как к «попытке избежать ответственности» (чьей попытке – в решении суда не указано). Довод о том, что объяснения мальчиков являются недопустимыми доказательствами, судом отвергнут, так как «получение объяснений в ходе предварительной проверки не является допросом свидетелей и процедура их получения не регламентирована строго нормами УПК РФ, поэтому при даче объяснений несовершеннолетним присутствие педагога, предусмотренное ст. 191 УПК в отношении свидетелей и потерпевших, не является обязательным».

Теперь готовлю апелляцию.

Вот, если позволите, два вопроса:

1. Часть 1.2 статьи 144 УПК РФ устанавливает, что полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 настоящего Кодекса. Вправе ли суд, по Вашему мнению, при рассмотрении гражданского иска в качестве доказательств принять объяснения лиц (независимо от возраста), полученные органом дознания при проверке сообщения о преступлении?

2. Являются ли, по Вашему мнению, допустимыми доказательствами объяснения, полученные инспектором ИДН полиции у 11-летних детей в процессе проверки сообщения о преступлении, если они получены без соблюдения процессуальных требований, установленных ст. 191 УПК РФ?

Если Вы сочтете возможным ответить на мои вопросы и найдёте для этого время, то был бы особенно Вам признателен за предметные ссылки на положения законодательства в их взаимосвязи и/или на судебную практику.