Решение районного суда о принудительном лечении в отношении автора - ожидание ответа областного суда и вопросы о разумности проведения лечения

Второго февраля Районный суд вынес решение о принудительном лечении в отношении меня. Суть дела была в следующем. Я страдаю психическим расстройством, инвалид второй группы. Однажды вечером у нас с родителями произошёл семейный конфликт, вызвали полицию. Полиция при попытке меня успокоить и задержать сотворили мне сложный перелом руки (тяжкий вред здоровью). В результате этого у меня произошло кратковременное обострение психического расстройства, вызванное болевым шоком, и я угрожал сотруднику полиции и его близким. Потом меня отвезли в больницу для оказания медицинской помощи, а оттуда отправили в психбольницу, но там не посчитали на тот момент моё состояние нуждающимся в госпитализации. Десятого февраля мы подали апелляцию в Областной суд. Ответа пока не последовало. Но мой психиатр просит лечь пока меня на добровольное лечение (около двух недель), чтобы там назначили правильный курс лечения, и только потом он станет выписывать мне рецепты от тех симптомов, которые меня беспокоят сейчас. Разумно ли это? Через какой срок приблизительно можно ожидать ответа Районного суда. И раз уже прошло так много времени, означает ли это, что дело будут пересматривать всерьёз, потому что расследование было проведено плохо? Там были и другие недостатки во время расследования, но не стану в это углубляться. Имеет ли смысл дозвониться до Областного суда и хотя бы приблизительно узнать о ближайших перспективах? Потому что иначе, если дело решиться уже довольно скоро и мне откажут в повторном разбирательстве, мне не имеет смысла ложиться на добровольное лечение (около двух недель) сейчас. Копии решения суда у меня сейчас на руках нет. Госпитализирован я не был, суд много раз откладывался, всё это время я был дома, потому что в лечении не нуждался. На суде я, разумеется, присутствовал. Ссылались в основном на то, что летом была проведена стационарная психиатрическая экспертиза, которая признала меня невменяемым. Но перед экспертизой ставились только общие вопросы о наличии у меня психического расстройства. А могли ли обстоятельства (причинённый мне вред здоровью) привести лишь к временному обострению заболевания в связи с болевым шоком – нет. И представляю ли я опасность для себя и окружающих вне той ситуации экспертизу волновало мало. Экспертиза проведена уже давно. В июне-июле.