Опрашивается потерпевшая, где она указывает, что отец избивал ее и что у нее по отношению к нему имеется явная неприязнь.

Необходима ваша помощь помогите что делать дальше? По результатам исследования материалов уголовного дела следует обратить внимание при написании надзорной жалобы на следующие обстоятельства, которые судом не исследовались и правовая оценка им дана не была:

1. Первое заявление написано матерью потерпевшей, у которой имелись основания оговаривать подсудимого в силу сложившихся конфликтных отношений и его фактического ухода от нее к другой женщине. В ее заявлении не содержится обвинения подсудимого в инкриминируемых ему впоследствии деяниях якобы совершенных им в 2003-2006 года, что является странным, так как обвинения в заявлении касались только конкретной ситуации сложившейся на момент конфликта на дату написания заявления.

2. Этой же датой берутся первые объяснения от самой потерпевшей, где она ничего не говорит о домогательствах отца якобы происходивших 2003 году и говорит, только что это происходило примерно с 2004 года, хотя опять же уверенно она говорит только об эпизодах якобы имевших место после возраста 13 лет (о чем укажу ниже).

3. 20.01.2010 года в своих объяснениях жена подсудимого говорит о том, что она заметила интерес отца к дочери как к женщине 2-3 года назад (позднее 14 лет) и о том, что дочь примерно год назад (16 лет) стала жаловаться ей на сексуальные домогательства отца. При этом она утверждает, что с дочерью имеет хорошие доверительные отношения и нигде не говорит о том, что дочь жаловалась ей ранее 2009 года на домогательства отца.

4. 20.01.2010 года (с листа дела стр. 46) опрашивается потерпевшая, где она указывает, что отец избивал ее и что у нее по отношению к нему имеется явная неприязнь. Первый эпизод домогательства она сама датирует началом месячных в 13 лет, то есть не ранее 2005 года, так как 13 лет ей исполнилось в декабре 2005 года. Что также говорит о том, что ранее 2005 года потерпевшая о сексуальных домогательствах отца не заявляла. Говорила лишь о том, что он ее избивал и обзывал, не более того. В указанных объяснениях, она говорит позднее, что отец якобы начал до нее домогаться с 10 лет, и она говорила об этом матери, однако мать в своих объяснениях утверждала, что ранее 2009 года дочь ей не говорила ничего о домогательствах отца. Вероятнее всего потерпевшая в ходе дачи объяснения для усиления обвинения отца, стала фантазировать и придумывать все новые эпизоды, с целью его оговора. В этой части ее показания не проверялись иными доказательствами и не были подтверждены в ходе следствия. Доказательства по факту действительности и правдивости указанных показаний с точки зрения психологии не проводились и иными доказательствами не подтверждаются. Проводилась лишь экспертиза по факту оценки этих показаний с точки зрения потерпевшей, ее восприятия этой ситуации на возраст их совершения. То есть факт совершения под сомнения никогда не ставился. Однако сами эти факты как доказательства по делу не подтверждались заключениями специалистов-психологов. Поэтому вызывает сомнения точность производимых действий ее и отца, которые без тени сомнения даются потерпевшей - с учетом ее возраста на момент якобы совершенных деяний 2003-2006 годов, в тоже время потерпевшая путает годы совершаемых в отношении ее противоправных действий, в связи с чем следователь проводит дополнительный допрос, для устранения «противоречий» (хотя противоречий в показаниях нет, есть другая дата совершения противоправных действий с разницей в 5 лет). Вместе с тем с учетом прошедшего периода времени такая точность воспроизводства имевших место событий может свидетельствовать об оговоре и вымышленных ею фактах. Поэтому следствие было вынуждено провести дополнительный допрос 09 апреля 2010 года потерпевшей, так как она серьезно путалась ранее в своих показаниях по датам и событиям. Одну и тоже ситуацию она относила то к 2003 году, то к 2008 году, что может говорить о том, что она говорит неправду.

5. Особо обратить внимание на то обстоятельства, что показания потерпевшей и ее матери изменялись и дополнялись многократно на протяжении с 17 января 2010 года по 22 января 2010 года (всего в течение 5 дней), метание в самих объяснениях, отсутствие логики в структуре даваемых ими объяснениях, что также может свидетельствовать об оговоре матерью и дочерью отца и мужа с целью сведения с ним личных счетов, а также свидетельствует о явно выраженном личном неприязненном отношении к подсудимому, а также то что придумываются факты в спешке, в результате чего постоянно корректируются и изменяются.

6. Исходя из показаний подсудимого о том, что сама дочь проявляла к нему сексуальный интерес в период своего полового созревания необходимо было проверить показания подсудимого, так как его отказ от проявленного к нему со стороны дочери сексуального интереса как к мужчине (отказ вступать с ней в сексуальные отношения или прямо участвовать в ее сексуальных фантазиях) мог явиться основанием оговора дочерью своего отца, с целью оправдания себя за это поведение, в глазах матери и окружающих.

7. Необходимо проверить материальную заинтересованность в оговоре подсудимого со стороны его супруги, а также установить действительно ли дочь подвергалась избиениям со стороны матери, в силу чего находясь под ее влиянием, она могла оговаривать отца, боясь своей матери и действовала по ее прямому указанию.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

1. В жалобе необходимо указать на полное отсутствие доказательств вины подсудимого по эпизодам до 2008 года. Обжаловать приговор только с точки зрения нарушения процессуального законодательства мне представляется малоэффективным. Нужны доказательства, ставящие под сомнения показания потерпевшей и ее матери, которыми могут быть найденные многочисленные противоречия в их показаниях которые они давали в ходе следствия.

2. Эпизоды, инкриминируемые подсудимому до 2008 года имеют явные признаки оговора, по вышеизложенным основаниям, эпизоды после 2008 года следствием не доказаны надлежащим образом. Доказательств вины подсудимого с точки зрения обоснованности приговора явно недостаточно – нет очевидцев, инкриминируемых ему эпизодов - нет ни одного экспертного заключения подтверждающего инкриминируемые подсудимому деяния. Жена не являлась свидетелем (очевидцем) ни одного инкриминируемого подсудимому эпизода (а дочь в силу полной зависимости от своей матери и несовершеннолетнего возраста). Его жена, однако, которая узнала про любовницу мужа, могла мстить ему через дочь за эту измену, оказывая давление на дочь и настраивая ее против отца. Также у нее явно имелись и корыстные мотивы, так как ей фактически оставалось в личное пользование все имущество семьи, в случае его осуждения на длительный срок.

3. Обжаловать приговор суда, считаю, необходимо, так как в материалах дела отсутствуют доказательства вины подсудимого, которые не могут быть поставлены под сомнения. Следствием не исключена версия оговора подсудимого, так как не проводилось никаких следственных действий, которые могли установить оговор или поставить под сомнения показания потерпевшей и его жены, у которой были основания его оговаривать, так как она могла ему мстить за измену – также она понимала, что фактически станет единоличной собственницей всего нажитого супругами имущества. В тоже время как говорилось выше, никто не был очевидцем инкриминируемых событий, и экспертиза не подтвердила показания потерпевшей.