Обвинение в краже по статье 158 УК РФ в место Статьи 227 ГК РФ

Обвинение в краже не законно в связи с отсутствием состава преступления на основании нижеизложенного.

УК РФ Статья 158. Кража

1. Кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Примечание. 1. К Статье 158 УК РФ Кража. Под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные действия, безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Согласно статье 158 УК РФ, как тайное хищение чужого имущества (кражу) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц, либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. При этом совершение кражи характеризуется умыслом, направленным на незаконное завладение чужим имуществом.

При совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении которого оно находится. Если имущество по тем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение таким предметом не образует хищения, а неправомерное присвоение найденного или случайно оказавшейся у виновного чужой вещи влечет лишь гражданскую ответственность, предусмотренную ст. 227 ГК РФ.

Нет доказательств, которые свидетельствуют об изъятии телефона из владения потерпевшего.

Разъяснение.

В практической деятельности прокуроров, следователей, судей нередко возникают вопросы разграничения отношений, регулируемых уголовным, административным или гражданским законодательством. Порой это сделать не так просто, особенно если речь заходит об имуществе, имеющем различный статус. В этой связи нельзя не обратить внимание на то, что уже долгое время одним из актуальных вопросов в судебно-следственной практике остается проблема отграничения хищений от присвоения найденного имущества. Главным образом, она возникает в ситуациях, требующих решения вопроса о принадлежности имущества в случае, когда собственник не отказался от своего титула, но при этом сам утратил господство над вещью и никому не вверил ее.

В свое время в теории уголовного права был разработан применяемый и ныне подход, в соответствии с которым основное отличие рассматриваемых преступлений состоит в том, что при хищении виновный своими активными действиями изымает похищенное имущество из фондов собственника, обращая его в свое незаконное владение, пользование или распоряжение. При присвоении найденного имущества лицо извлекает незаконную наживу (выгоду) за счет имущества, которое в момент его присвоения не находится в владении собственника, а уже вышло из него независимо от воли и действий виновного.

Таким образом, найденным признается такое имущество, которое было утрачено потерпевшим в силу различных причин, но без участия виновного, т.е. без совершения им действий, которые могут быть признаны завладением (изъятием) имущества. Если же умысел на завладение чужим имуществом возникал до утраты этого имущества из владения потерпевшего и виновный для реализации своих намерений совершал определенные действия, то его действия рассматривались бы как хищение.

Тем не менее, сегодня при анализе юридического признака предмета хищения определенные сложности вызывает вопрос уголовно-правовой оценки присвоения потерянных, забытых и утраченных вещей, иначе говоря, всегда ли такое имущество необходимо признавать предметом хищения.

Итак, потерянной вещью является такое имущество, которое утрачено собственником помимо его воли (по вине или в силу случайных обстоятельств). Потеря (утрата) вещи не является прекращением права собственности, но рассматривается как прекращение владения. В этой связи, присвоение потерянной вещи не должно признаваться хищением или иным имущественным преступлением.

Из материалов дела следует, что сотовый телефон был утрачен собственником без участия виновного, который лишь обнаружил/нашел телефон, причем через некоторое время после утраты, и присвоил утерянную вещь, не будучи осведомленным о собственнике телефона, то есть виновный не предпринял никаких действий по неправомерному изъятию чужого имущества. Потерпевший оставил свое имущество в раздевалке и данное имущество не выбыло из его владения, но было им утрачено по его вине, вине третьих лиц или в силу случайных обстоятельств.

Если признавать это деяние хищением, то можно обнаружить, что не все содеянное содержит в себе его признаки: а) в обозначенном деянии отсутствует как таковой признак завладения чужим имуществом, т.е. самого изъятия вещи не происходит; б) утраченное владельцем имущество вышло из его владения без всякого участия виновного, помимо его воли, т.е. без целенаправленных (активных) действий лица, присвоившего чужое имущество; в) у виновного лица умысел на присвоение утраченного имущества возникает в момент, когда оно вышло из владения собственника, а в случае хищения умысел на завладение имуществом у виновного возникает до его выхода из владения собственника.

Отсутствует как таковой признак завладения имуществом, виновный не участвует в выходе вещи из владения собственника, умысел на присвоение вещи возникает после ее выхода из обладания законного владельца. В чем же основное отличие? Знал ли собственник вещи, где он ее забыл (потерял) и в каком месте? Однако об этих обстоятельствах лицо, присваивающее чужое имущество, вполне может и не знать. Не факт, что если лицо утратило имущество на вокзале, то его следует признавать забытым. Скорее всего, речь должна идти об осознании лицом, присваивавшим имущество, принадлежности вещи конкретному лицу и возможности ее возврата собственнику (виновное лицо будет повинно в хищении, если оно достоверно знает, кому принадлежит это имущество. Если лицо, нашедшее имущество, не знает собственника оно не обязано искать его путем публикации объявлений или наведения справок.

В практике, подобным образом, возникает проблема в связи со сложностью различения брошенных и потерянных вещей, так как злостный умысел предполагает осознание виновным того обстоятельства, что вещь потеряна, а не брошена. При имеющейся коллизии проблема разрешается следующим образом. Например, в отношении ценных вещей предполагается, что они потеряны, а не брошены, так как вещи, имеющие какую-либо ценность, собственник никогда бросать не станет.

Исходя из вышеизложенного, можно сформулировать вывод: 1) предметом хищения не может являться найденное, брошенное, случайно оказавшееся у лица имущество;

Следовательно, телефон был найден обвиняемым, что указывает в дальнейшем рассмотрение дела по Статье 227 ГК РФ Находка.

Согласно ст. 227 ГК РФ находка – это обнаружение чужой вещи, которая выбыла из владения собственника помимо его воли (по вине или в силу случайных обстоятельств). Ст. 227 ГК РФ равным образом применима как в тех случаях, когда нашедший вещь знает, кто является её собственником, так и в тех случаях, когда собственник вещи ему неизвестен. Закон обязывает нашедшего вещь уведомить об этом собственника либо лицо, потерявшее её, если оно ему известно, либо сообщить о находке в органы полиции или местного самоуправления.

Ст. 227 ГК РФ определяет порядок действий лица, нашедшего утерянную вещь. Если лицо нашло вещь в помещении, то она должна быть сдана представителю владельца данного помещения. В данном деле, обвиняемый не выполнил данную обязанность и присвоил находку. Между тем, неисполнение обязанности, предусмотренной ст. 227 ГК РФ, и присвоение находки не являются кражей.

Очевидно, что в таких преступлениях как кража, разбой, грабеж и вымогательство речь идет об изъятии имущества, т.е. о выбытии имущества из обладания собственника. В случае же растраты собственник сам передает имущество преступнику, который его обращает в свою пользу.

В рассматриваемом деле имеет место обращение в свою пользу утерянной вещи, т.е. вещи уже выбывшей из владения собственника. В случае кражи вещь выбывает из обладания собственника в результате активных действий преступника, что существенно более общественно опасно, чем присвоение находки.

Если обратиться к истории уголовного законодательства нашей страны, то нетрудно увидеть, что ранее присвоение находки и кража всегда были разными преступлениями и наказание за присвоение находки было значительно мягче, чем за кражу.

В УК РФ, действующим в настоящее время, уголовной ответственности за присвоение найденного либо за неисполнение обязанностей, предусмотренных ГК РФ при нахождении вещи не установлено.

Возможно было бы необходимо установить ответственность, как за преступление небольшой тяжести или ввести административную ответственность за подобные действия, но в любом случае невозможно осуждать человека за действия, которые не составляют преступления по действующему законодательству.

Если обратиться к судебной практике областных судов, содержащейся в информационно-правовой системе Консультант Плюс (обзоры судебной практики Белгородского областного суда и Московского областного суда), то можно увидеть, что случаев привлечения к уголовной ответственности за присвоение находки не имеется.

На основании вышеизложенного как пересмотреть процесс возбуждения уголовного дела по Статье 158 УК РФ ввиду отсутствия в действиях обвиняемого состава преступления, с признанием за ним права на реабилитацию, на том основании, что было совершено не хищение чужого имущества, а имела место находка. Основное отличие состоит в том, что находка не представляет собой уголовно-наказуемого деяния, данное понятие является гражданско-правовым.

Достаточно ли будет приложить данное письмо к материала дела или передать его следователю?