Должна ли была истица Иванова принимать участие в общем собрании акционеров 28.05.2011 г?

Акционеру Б принадлежит пакет акций, который от числа обыкновенных акций ПАО составляет 51%. От числа всех акций (т.е. обыкновенных + привилегированных), пакет акционера Б составляет 38%.

Менеджмент и поддерживающие его акционеры смогли сконцентрировать в своем распоряжении 48% обыкновенных акций (1% - распылен), а вместе с привилегированными – 73% акций.

На этой разнице основана защита менеджмента от попыток акционера Б заменить руководство ПАО.

Акционер Б в начале 2016 года инициирует созыв ОСА с тем, чтобы избрать новый состав СД.

Менеджмент общества, используя имеющийся у него доступ к информативным и материальным источникам ПАО, добивается проведения ОСА, на котором право голоса принадлежало бы и привилегированным акциям.

Привилегированные акции имеют право голоса на ОСА в строго определенных случаях, в том числе, когда дивиденды за прошлый финансовый год начислены в неполном размере.

В первой редакции устава ПАО размер дивидендов на привилегированные акции определялся как «10% от чистой прибыли общества за истекший финансовый год, поделенной на количество привилегированных акций».

Расчет показал, что дивиденды за 2014 год начислены в меньшем размере.

На этом основании менеджмент добился включение в список лиц, имеющих право участвовать в ОСА, владельцев привилегированных акций.

С этим не согласился акционер Б.

Он напомнил, что в 28.05.2011 г. редакция устава ПАО была изменена. Размер дивидендов на привилегированные акции определен по-новому: «До 10% от чистой прибыли общества за истекший финансовый год, поделенной на количество привилегированных акций». Поэтому, каким бы ни был размер дивидендов за 2014 год, он выплачен в полном размере, и привилегированные акции не имеют права голоса по вопросу об избрании СД.

Тогда менеджмент руками дружественного (миноритарного) акционера Ивановой – владельца 20 привилегированных акций – заявил в арбитражном суде иск о признании недействительным устава в редакции от 28.05.2011 г и всех последующих редакций в части изменения размера дивидендов на привилегированные акции.

При этом истица Иванова ссылалась на то, что:

- в уставе ПАО в первоначальной редакции размер дивидендов на привилегированные акции определялся как «10% от чистой прибыли общества за истекший финансовый год, поделенной на количество привилегированных акций»;

- размер дивидендов на привилегированные акции за 2014 год, утвержденный ОСА в июне 2015 г., составил 6% от ЧП;

- ФЗ «Об акционерных обществах» предусматривает необходимость установления размера дивидендов в строго определенном размере;

- истица является акционером – владельцем привилегированных акций - с апреля 2009 г по настоящее время;

- истица не принимала участие в общем собрании акционеров 28.05.2011 г, когда было принято решение о внесении изменения в устав в части начисления дивидендов на привилегированные акции как указано выше;

- она просит признать недействительными выше упомянутые изменения;

- как следствие этого, она считает себя вправе участвовать в собраниях акционеров, начиная со следующего после ОСА (июнь 2015) собраниях.

Против иска возражает акционер Б. Он заявил, что

- данный акционер не имеет право на подобный иск;

- сроки обращения в суд для данной категории споров пропущены;

- устав изменен собранием акционеров от 28.05.2011 г, в котором участвовали и владельцы привилегированных акций (так как их интересы затрагивались);

- изменения не противоречат законодательству;

- следовательно, дивиденды за 2014 г. начислены в полном размере;

- поэтому истица не может участвовать в ОСА в 2016 году.

Должна ли была истица Иванова принимать участие в общем собрании акционеров 28.05.2011 г?

Имеет ли гр-ка Иванова право на иск как акционер?

Пропущен ли истицей Ивановой срок исковой давности?

Являются ли действительными изменения, внесенные в устав решением общего собрания от 28.05.2011 г. (об изменении размера дивидендов по привилегированным акциям)?

Вправе ли владельцы привилегированных акций и Иванова в частности принимать участие в общих собраниях после июня 2015 года?