Злоупотребление правом банка и принцип эстоппель в российском законодательстве - рассматриваемый случай.

Возможно ли применение принципа “эстоппель” в российском законодательстве в следующей ситуации?

Вкладчик имеет “лесенку” из нескольких одинаковых пополняемых вкладов с различным сроком действия и с высокой процентной ставкой. По окончании очередной “ступеньки”вкладчик перекладывает сумму вклада на следующую ступеньку. В мае 2020 г. вкладчик пополнил очередной вклад, а в сентябре банку “надоело” платить высокие проценты, и он отказался устно принимать пополнение следующего вклада. Вкладчик подал иск к банку о защите прав потребителя, указав, что отказ от приёма пополнения фактически является односторонним изменением условий договора, недопустимым в силу ст. 310 ГК РФ. Оснований для исключений у банка нет. Суд рассмотрение ст. 310 игнорирует, как если бы её и нет. Банк обвиняет вкладчика в злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ) под надуманным предлогом нарушения справедливого баланса интересов сторон.

Можно ли считать предшествующее поведение банка в мае противоречащим его последующему поведению в сентябре, и, следовательно, недобросовестным, подпадающим под злоупотребление правом по ст. 10 ГК РФ, учитывая, что это поведение относится к разным, но аналогичным договорам вклада?

Если да, то относИм ли к данному случаю п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 “сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно”, и любые возражения банка должны быть отклонены без рассмотрения на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ, согласно которому суд “с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично”?